Пролог

Коди Коллуэй вошел в церковь через заднюю дверь — никем не замеченный. Его нисколько не удивило, что все скамьи были заняты и в проходах тоже стояли гости. Еще бы — такое событие! Окинув взглядом помещение, он прислонился к стене и, умиротворенно сложив руки на груди, стал наблюдать. Невеста с женихом уже стояли у алтаря. Священник обратился к ним:

— Нежно любящие чада…

Коди облегченно вздохнул. По крайней мере, вовремя поспел к началу главной церемонии. Он рассеянно потрогал узел галстука и убедился, что тот еще там, где ему положено быть. Коди не мог похвастать особой разборчивостью в одежде и по пальцам пересчитал бы все случаи, когда был одет подобным вот образом. Он не сводил глаз с пары, стоявшей перед священником.

Похороны и свадьбы. Почему в этих случаях человек должен быть одет строго по форме? Да, ему, к сожалению, приходилось бывать на похоронах. Конечно, свадьба куда более веская причина, чтобы приискать приличный костюм.

Окинув взглядом толпу участников торжества, он нашел своих родственников. Его самый старший брат, Коул, стоял рядом с женихом и, по всей видимости, выполнял обязанности дружки их брата Камерона.

Жену Коула Эллисон он узнал в группе новобрачной.

В первых рядах, прижав к глазам платочек, стояла тетушка Летиция. Кто бы мог подумать? Неужели под строгой, чопорной наружностью этой женщины бьется доброе сердце?

А зычный голос священника продолжал звучать под гулкими сводами церкви.

Это его семья! Коди старался совладать с чувствами, переполнявшими все его существо. Чуть было не пропустил такое важное событие — свадьбу брата Камерона!

Поскольку он не проявлял ни малейшего интереса ко всему тому, что делалось в роду Коллуэй, то никогда бы не узнал и о предстоящем бракосочетании, а если бы ненароком и услышал, то было бы уже слишком поздно. Об этом ему стало известно сегодня утром, когда он прибыл из Мексики в Макаллен, штат Техас. Все газеты пестрели сообщениями о знаменательном торжестве в семье Коллуэй.

И все же едва не опоздал. Он гнал машину на бешеной скорости, чтобы поскорее попасть на Ранчо Сектора С — родовую усадьбу семьи, — и что же? Тетка и большинство работников уже уехали. Кинулся искать по всему дому и, наконец, нашел костюм, в котором был на свадьбе Коула… Когда же это было? Пять лет назад? Или шесть?

В течение последних нескольких лет он был редким гостем в семье и уж полгода и вовсе ни разу не был дома. Знал, что предстоит много услышать по этому поводу — после свадьбы, конечно.

Коди улыбнулся про себя. Было что-то приятное в возможности предугадать реакцию семьи. Как только родственники начнут перечислять все его неблаговидные поступки, как, например, бесследное исчезновение на многие месяцы, сразу станет ясно, что он действительно возвратился в отчий дом.

Он видел, как Камерон надевает кольцо на палец своей невесты. Стоя рядом с его рослым братом, Джэнин прямо светится, подумал Коди. Помнится, он познакомился с ней прошлой весной, в тот самый уик-энд, что и Камерон. С самого начала между этой парочкой стали проскакивать разрядные искры. Стоит ли удивляться, что дело кончилось свадьбой?

Но вот его глаз уловил какое-то легкое движение рядом с невестой, и причина не замедлила открыться. Маленькое смятение внесла шестилетняя дочка Камерона — в милом платьице с оборками.

От одной мысли, что теперь у Триши будет мама, стало радостно на душе. Видя, с каким обожанием она смотрит на свою бывшую воспитательницу, Коди понял, что малышка очень довольна происходящим.

Слава Богу, Камерон обрел новую любовь! Когда его жена Андреа стала жертвой несчастного случая, это чуть не стоило жизни ему самому. Тогда Коди и Коул были всерьез обеспокоены, что брат никогда не сможет оправиться от постигшего его горя.

По мнению Коди, случившееся не было несчастным случаем. Много лет назад в сходной ситуации погибли его родители. Коди никогда не верил в подобные совпадения.

Многолетние скитания по следам преступников привели его, наконец, на юг, к техасско-мексиканской границе. На этот раз он вернулся домой, чтобы обсудить с Коулом последние находки. О предстоящей свадьбе ему ничего не было известно. Спасибо провидению, что не отложил поездку на другой день.

Коди истосковался по семье гораздо больше, чем даже мог предположить. Осиротев в десять лет, он, в силу необходимости, быстро научился полагаться исключительно на себя и поменьше зависеть от других. Да у него были два старших брата и властная тетка, но он предпочел жить по-своему и вот уже около двадцати лет следует этому правилу. Он понимал, что частично своей независимостью обязан тому ехидному удовольствию, которое испытывал, противодействуя попыткам тетушки Летти повелевать окружающими, владычествовать над ними. В конце концов, такая независимость вошла в привычку… стала образом жизни.

Из своего укрытия Коди наблюдал, как Камерон нежно обнял Джэнин и наклонился, чтобы поцеловать ее. Эта нежность тронула Коди как ничто другое в течение долгого- долгого времени. Братья нашли счастье в отношениях с женщинами, которые получили свое полное воплощение в браке. Можно было позавидовать такой взаимной близости… вот только… он знал, что семейные узы не для него, что очень скоро ему станет душно.

Что устраивало Коула и Камерона, никогда не подойдет для него. Он слишком ценил свою свободу. Тем не менее он полностью разделяет их счастье и всем сердцем заодно с ними. Даже готов на непродолжительное время снова влиться в семью Коллуэй на правах полноправного члена.

Звуки торжественного свадебного марша заполнили церковь. Присутствующие, стоя, наблюдали, как счастливая пара двинулась по приделу в направлении выхода — то есть туда, где находился Коди. Он не был уверен, что привлечет внимание Камерона, но тот быстро вскинул на него глаза.

На губах брата появилась широкая улыбка, а лицо радостно засветилось: мол, приехал-таки… У Коди перехватило дыхание. Что же таится в этом обряде такого, что так волнует людей? Он поднял большой палец в знак одобрения и улыбнулся брату.

К тому времени, когда молодожены, зрители и доброхоты, пришедшие поздравить, покинули церковь, кое для кого из членов семьи укрытие Коди уже не было секретом.

— Дядя Коди! Дядя Коди! Ты пришел, пришел! — верещала Триша, продираясь сквозь узкий боковой проход. Подбежала, налетела вихрем.

Он подхватил ее и был вознагражден — в следующий миг ручонки девочки обвились вокруг его шеи с явным намерением задушить дорогого дядю Коди.

— Ты похожа на принцессу, малышка, — едва справляясь с дыханием, проговорил он.

Малышка разгладила свое платьице.

— Ага, я знаю, — согласилась она тоном, полным удовлетворения, чем немало рассмешила дядю Коди.

Их беседу нарушил глуховатый голос:

— Я рад, что ты смог выбраться именно сегодня, — сказал Коул, протягивая руку.

Но Коди игнорировал этот жест и обнял брата свободной рукой.

— Рад видеть тебя, Коул. И счастлив, что нахожусь сейчас вместе с вами. — И заметил, как кровь прилила к лицу брата. Коул всегда испытывал неудобство при проявлении чувств на глазах публики.

Вокруг них то и дело вспыхивали осветительные лампы. Коди улыбался, думая о возможных надписях к снимкам, которые появятся в завтрашних газетах.

— Я принял все меры, чтобы разыскать тебя, — признался Коул. — У тебя чертовская манера исчезать без следа.

В знак согласия Коди кивнул головой.

— Знаешь, я не собирался отсутствовать так долго, Коул. Последние полгода были просто сумасшедшими. Теперь я располагаю кое-какой информацией, о которой ты определенно захочешь услышать — как только представится случай ненадолго уединиться. — Триша удобно устроилась у дяди на бедре. Глядя на беззаботно снующих людей, Коди заметил: — Эллисон выглядит молодцом. Послушай, при нашей последней встрече ты говорил, что ждешь двойняшек, не так ли?

Триша захлопала в ладоши:

— Да, да, дядя Коди! У Кэти появились два маленьких братика. Их зовут Клинт и Кэйд. У них такие смешные мордашки, и они уже гукают. А один раз я уже держала Клинта на ручках. Коул улыбнулся горделивой улыбкой.

— Мы оставили малышей в Остине на попечении няни, чтобы Эллисон могла больше времени уделять Кэти.

Братья посмотрели туда, где Эллисон беседовала с кем-то из местных жителей. Рядом, вообразив себя всадницей верхом на палочке, резвилась ее маленькая дочурка.

— Сколько им теперь? — поинтересовался Коди.

— Почти три месяца. Появились на свет немножко раньше, но, слава Богу, здоровенькие. — Подняв бровь, он спросил, растягивая слова:

— Ты что, можешь задержаться настолько, чтобы быть представленным им?

Коди ответил на вопрошающий взгляд брата:

— Боюсь, не теперь. Через несколько часов, я должен снова отправиться на юг. Я приехал специально, чтобы повидаться с тобой, но не предполагал, что встретиться придется на свадьбе. — Он поискал глазами Камерона и Джэнин и нашел их на лужайке перед церковью.

— Я так рад, что поспел вовремя. Снова видеть Камерона счастливым стоит затраченных усилий.

— Кстати, а как ты узнал о свадьбе? Коди улыбнулся.

— Может ли семейство Коллуэй хоть шаг ступить в нашем штате, чтобы это прошло мимо газет? Я остановился в Макаллене, чтобы выпить чашечку кофе, случайно взял газету, и вот…

— Значит, ни одно мое письмо так и не дошло до тебя?

Коди покачал головой.

— Мне не нравится это, Коди. Я не собираюсь совать нос в твои дела, но хотя бы могу иметь возможность связаться с тобой в случаях, не терпящих отлагательства, черт возьми?

— Ай-ай-ай, дядя Коул. Не следует говорить такие слова, — сурово осудила Триша.

— Слушаюсь, — с виноватой улыбкой согласился Коул. — Я великодушно извиняюсь, мисс Коллуэй.

— То-то же, и впредь не делайте этого, — сказала она тоном ментора.

Оба рассмеялись над тем, как ловко она передразнила тетю Летти.

— Коди! — Он обернулся на голос и увидел, как Эллисон, подхватив Кэти, торопливо идет ему навстречу. Все головы сразу повернулись в его сторону, и его аж передернуло. Он всегда был равнодушен к тому вниманию, которым публика одаривала семью Коллуэй. Со временем, правда, научился принимать это как нечто неизбежное и внешне ничем не выдавать неудовольствия. Он опустил Тришу на пол, чтобы обнять свою изящную сноху.

— О, Коди! — В ее глазах блестели слезы. — Мы так беспокоились о тебе! Я рада, что ты все же смог приехать. — Она прижалась к его груди. — Ты еще не знаком с Джэнин?

Не выпуская ее из своих объятий, Коди ответил:

— Мы знакомы с того самого уик-энда, что и Камерон, — с прошлой весны. Прекрасно, что у них дошло до свадьбы. Так приятно вновь видеть улыбку на его лице.

Она засмеялась.

— Теперь, Коди, ты у нас один остался холостым. Не волнуйся, мы подыщем тебе подругу жизни!

Изобразив страшный испуг, он покачал головой.

— Никоим образом, Эллисон. Я в восторге оттого, что оба мои брата женаты. Коул вон, похоже, решил заселить всю округу Коллуэями. — При этих словах Эллисон густо покраснела. — А что до меня — неподходящий я для женитьбы человек, — заключил он с улыбкой.

— Пожалуй, ты прав, — глядя ему в лицо, сказала она. — Думаю, что жена захочет видеть тебя немного чаще, чем раз или два в году.

Шепот старшего брата нарушил ход его мыслей:

— Мужайся, братишка, на горизонте тетя Летти. — Все трое обменялись понимающими взглядами.

Коди тяжело вздохнул. Он скорее готов был схватиться с бандой мексиканских головорезов, чем иметь дело с женщиной, которая многие годы руководила им.

Семья. Это говорит о многом. Ты можешь любить ее, воевать с ней, все бросить и уехать… Она может быть равнодушной к тебе или поддержать тебя, как, например, делает сейчас Коул. Он может дать тебе взбучку, но не замедлит прийти на помощь всякий раз, когда кто-либо другой посмеет сделать то же самое.

Семья. Что бы он делал без всех их?

Несколько часов спустя Коди и Коул уединились в кабинете Большого дома. Коди не мог не восхищаться ловким ходом брата, который позволил им незаметно покинуть торжества раньше, чтобы вернуться домой и побеседовать. Сейчас, побросав пиджаки и галстуки, братья сидели за столом, наслаждаясь подарочными сигарами. На столе царственно возвышался хрустальный графин с бурбоном.

— Ну, что там у тебя? — поинтересовался Коул.

Коди какое-то время внимательно разглядывал столбик п