Мэри Лондон
«Убийство в масонской ложе»

Главные действующие лица:

Сэр Малькольм Айвори

Старший инспектор Дуглас Форбс

Элизабет Ливингстон, супруга Джона Ливингстона

Джон Ливингстон, владелец «Ливингстон-Банка»

Уинстон Дин, председатель Федерации производителей «Спейсайда»

Энтони Хиксл, президент международного консорциума

Артур Куперсмит, адвокат

Питер Шоу, журналист и писатель

Сирил Бронсон, управляющий «Ливингстон-Банком»

Стэнли Келли, врач

Майкл Вогэм, цветовод

Глава 1

В тот вечер сэр Малькольм Айвори, дав волю воображению, любовался снегом, который медленно кружил над парком особняка Фалькон. Из Скотланд-Ярда его не беспокоили уже почти целый месяц, и он все дни напролет занимался тем, что ухаживал за милыми его сердцу орхидеями и наводил порядок в своей роскошной библиотеке. Доротея Пиквик, его старенькая экономка, была просто счастлива, поскольку проклинала все эти расследования и дознания, которые хозяин, кажется, обожал не меньше шахмат. По ее разумению, преступный мир населяли одни только кровожадные злодеи да отвратительных нравов девицы. Но, что ни говори, Скотланд-Ярд взывал к помощи сэра Малькольма лишь в тех случаях, когда дело касалось высшего света — знатных фамилий либо состоятельных завсегдатаев Сити.

Зазвонил телефон. И сэр Малькольм не без сожаления распрощался с душевным покоем, которым наслаждался с недавних пор. Он снял трубку с аппарата, помещавшегося на круглом столике с единственной ножкой, и тотчас понял, кто нарушил его покой. Это был дрожащий голос старшего инспектора Дугласа Форбса. Довести инспектора до взвинченного состояния могло либо обрушение нового здания Скотланд-Ярда, либо нападение отряда оголтелых ирландцев на Букингемский дворец.

— Ах, сэр Малькольм, если б вы только знали…

— Полно, Дуглас, успокойтесь…

— Сэр, простите, но, как видно, придется мне побеспокоить вас еще раз.

Сэр Малькольм Айвори имел дело со старшим инспектором уже не первый год. Благодаря своим связям он помогал Форбсу в расследованиях, и тот был ему за это бесконечно признателен. В глазах инспектора, человека простого и прямого, сэр Малькольм являл собой образец истинно британского благородства. Его ум и утонченность просто очаровывали Дугласа Форбса. Рядом с ним он чувствовал себя точно нерадивый студент перед профессором, обладающим всеми мыслимыми научными регалиями и вдобавок безупречным вкусом. Со своей стороны сэр Малькольм тоже высоко ценил Дугласа Форбса, поскольку инспектор служил для него воплощением добросовестного, упорного и храброго полицейского. Конечно, было бы неплохо, если бы Форбс наконец научился одеваться со вкусом и перестал по всякому поводу поминать свою супругу, не без гордости цитируя ее порой нелепые выражения, — впрочем, все это было ничто по сравнению с его самоотверженностью и сметкой.

— Сэр, даже не знаю, как сказать…

— Да скажите хоть что-нибудь…

— Ну, хорошо, так вот: кто-то позвонил к нам в центральное управление и сообщил, что убили Джона Ливингстона.

— Банкира?

— Его самого, и это еще не все! Тот же неизвестный уверял, будто преступление было совершено в масонской ложе! Ливингстон убит в масонской ложе! Представляете, какой скандал… Может, это просто грубая шутка?

— А ваш неизвестный случайно не снизошел до любезности сообщить адрес этой ложи?

— Храм святого Патрика в тупике рядом с домом сорок семь по Барнетт-стрит, в Сохо. Я отрядил туда своего помощника, лейтенанта Финдли.

— Знакомое место. Давайте прямо там и встретимся.

— Ах, сэр Малькольм, я вам так благодарен… Банкир Ливингстон — член масонской ложи… Уму непостижимо! Наш мир и впрямь сошел с ума!

Вэнь Чжан, слуга-китаец, вывел из гаража «Роллс-Ройс», а наш благородный сыщик тем временем быстро уложил саквояж и облачился в черное пальто с меховым воротником, что тотчас же насторожило Доротею Пиквик.

— Сэр Малькольм, и куда это вы собрались в такую пору? Наверняка очередные происки вашего старшего инспектора, которому больше делать нечего, кроме как будоражить порядочных людей!

— Не волнуйтесь! Снега пока еще насыпало немного, так что до места доберемся скоро. Да, вот еще что: сегодня я переночую в лондонской квартире.

— Господи Иисусе, до чего мне все это не нравится! А как же обед? И что мне теперь с ним делать?

Но сэр Малькольм уже был за дверью. Его лондонская квартира находилась как раз в Сохо, в каких-нибудь двух сотнях метров от храма святого Патрика — одной из небольших построек конца XVIII века, которые некогда принадлежали англиканской общине, а потом отошли масонским ложам, подчинявшимся Великой Объединенной Ложе Англии. Сэр Малькольм не раз проходил мимо того тупика, расположенного по соседству с ливанским ресторанчиком и лавкой книжных находок.

Вэнь Чжан вел машину не торопясь. Дорога местами была скользкая, да и потом он знал, что его хозяин не большой любитель быстрой езды. А верный слуга ни за что на свете не сделает того, что может не понравиться хозяину. Несколько лет назад сэр Малькольм спас китайца от тюрьмы. Вэнь Чжана обвинили в убийстве его тогдашнего хозяина, но знаменитый сыщик сумел раскрыть коварные козни, навлекшие подозрения на китайца. И тот был благодарен ему по гроб жизни. Кроме того, Вэнь Чжан очень гордился, что состоит на службе у столь именитого человека. И быть личным шофером сэра Малькольма он считал для себя высочайшей честью.

Через три четверти часа они подъехали к дому 47 по Барнетт-стрит. В тупике уже стояли две полицейские машины. В глубине виднелся освещенный фонарем вход в храм. Навстречу сэру Малькольму тут же устремился старший инспектор. Форбс пребывал в крайнем возбуждении. Его полнощекое лицо типичного ирландца, любящего жить в свое удовольствие, отливало почти таким же огненным цветом, как и шевелюра. Из-под распахнутого плаща проглядывал серый костюм в черную полоску, бог весть как давно не глаженный.

— Сэр Малькольм, дело совсем плохо! Нас не пускают.

— Кто именно?

— Ну, люди внутри этого… места. Лейтенант Финдли позвонил туда сразу, как только приехал. Ему не открыли, тогда он позвонил еще раз и еще. В конце концов кто-то выглянул в глазок и спросил, что ему надо. Финдли объяснил, что звонили в Скотланд-Ярд и сказали, что по этому адресу совершено убийство. За дверью что-то пробурчали, и глазок закрылся. Тут и я подоспел. И снова позвонил. На сей раз дверь приоткрылась. Я представился. За дверью опять пробурчали что-то невнятное. Я разобрал только, что человек, говоривший со мной, адвокат и он совершенно не понимает, зачем я сюда пожаловал. Я назвал имя банкира Ливингстона. Тот человек явно смутился и спешно закрыл дверь. И вот мы все никак не можем с ними договориться. Не ломать же нам дверь! Да и по какому праву?

Подошел лейтенант Финдли и встал перед сэром Малькольмом по стойке «смирно». Это был высокий стройный малый лет сорока, не больше, в униформе со знаками отличия.

— К вашим услугам, сэр.

— Лейтенант, в котором часу вы прибыли на место? — спросил сэр Малькольм.

— В пять тридцать.

— А когда звонили в Скотланд-Ярд?

— За полчаса до того, не позже, — ответил Форбс.

— Значит, около пяти… К тому времени уже час, а то и два как шел снег, — продолжал благородный сыщик. — Лейтенант, когда вы приехали, случайно не заметили, какой был снег здесь, в тупике?

— Да, сэр. Меня это сразу же поразило. На снегу не было никаких следов.

— Стало быть, после телефонного звонка и до вашего приезда сюда, насколько можно судить, из дверей храма никто не выходил и никто в них не входил.

— Так и есть.

Сэр Малькольм вернулся к «Роллс-Ройсу» и отдал Вэнь Чжану кое-какие распоряжения — чтобы тот ехал домой и все приготовил к его приходу, а явиться он рассчитывал довольно поздно. Засим сэр Айвори подошел к наглухо закрытой двери. Ее массивный деревянный створ над маленьким, забранным кованой решеткой глазком украшали наложенные друг на друга компас и угольник. Сэр Малькольм позвонил. Дверь почти тут же отворилась, и, обменявшись двумя-тремя словами со стоявшим за нею человеком, он, к изумлению полицейских, вошел внутрь.

— И как ему только удалось? — поразился Финдли.

— В сэре Малькольме меня уже ничто не удивляет, — вздохнул старший инспектор.

А про себя подумал: «Уж не франкмасон ли он сам?» Впрочем, такая мысль показалась инспектору нелепой. Для Форбса франкмасонство было миром загадочным и непостижимым, и такому человеку, как сэр Малькольм, там, ясное дело, было не место. Нет, тут крылось что-то другое. Конечно, благородному сыщик) достаточно было представиться, и перед ним открывались любые двери. Ведь он был человек известный! К тому же сэр Малькольм не служил в полиции, и его принимали более охотно, ведь никому не хотелось дожидаться, когда начнется официальное расследование.

— Странное, однако, отношение! — пробурчал Форбс. — Тебе звонят, сообщают об убийстве, ты приезжаешь, и тут нате вам — от ворот поворот!

Глава 2

Стоявший в коридоре человек был облачен во все черное, как будто он пребывал в трауре. Его худое вытянутое лицо, обрамленное рыжими волосами, выражало крайнее волнение. Он проговорил:

— Сэр, я имею честь вас знать… Меня зовут Майкл Вогэм. Нас представляли друг другу на последней цветочной выставке в Хампстеде.

— О, прекрасно помню! — воскликнул сэр Малькольм. — Роза «Элизабет-Мэри», это были вы, верно?

Человек в черном был явно польщен тем, что столь благородный, хоть и незваный гость вспомнил его. Щеки у него чуть порозовели, и он еще более взволнованно продолжал:

— Совершенно непонятно… Зачем здесь полиция?.. Что происходит?

— Это вам следовало бы объяснить, — заметил сэр Малькольм. — Можно войти?

— Видите ли, сэр… — пробормотал Вогэм. — Как вы, верно, знаете, здесь масонский храм. И это требует соблюдения определенной тайны, не так ли?

Сэр Малькольм повысил голос:

— Господин Вогэм, в полицию сообщили по телефону о том, что скончался банкир Джон Ливингстон, вернее, что произошло убийство.

Человек в черном жалобно взвизгнул, точно раненый зверек:

— Боже мой! Убийство? Но это же навет!

— Господин Вогэм, Скотланд-Ярд не станут беспокоить по пустякам. А я, как вы, должно быть, знаете, время от времени оказываю им услуги особого свойства. Так что будьте любезны ответить ясно и четко. Джон Ливингстон мертв или нет?

Вогэм понурил голову и тихо-тихо ответил:

— Увы… Наш брат Ливингстон отбыл на Восток Вечный.

И вдруг, вскинув голову в восторженном порыве, он воскликнул:

— В масонском храме не убивают!

Тут в коридоре появился кто-то еще. Этот некто тоже был во всем черном: с виду он принадлежал к категории так называемых крупных людей, или, можно сказать, дородных, или, если угодно, тучных. Передвигался он вразвалку, побрякивая цепочкой от часов, помещавшихся в кармашке его жилета.

— Брат покрывающий, — прокартавил он, — с кем имеем честь?

— С сэром Малькольмом Айвори, брат привратник. Он здесь по поручению Скотланд-Ярда.

— Скотланд-Ярда? — удивился неизвестный. При этом его свиные глазки оживились.

— Но по какому праву Скотланд-Ярд…

Сэр Малькольм резко прервал его:

— Здесь недавно умер Джон Ливингстон. И есть весьма серьезное подозрение, что его убили.

Дородный привратник извлек из кармана брюк платок и вытер пот, выступивший у него на лбу.

— Кто-то позвонил в Скотланд-Ярд, — пояснил Вогэм.

— Кто именно? — живо поинтересовался толстяк.

— Звонивший не представился, — ответил сэр Малькольм.

— Господин… Ах да, позвольте представиться: доктор Стэнли Келли. Как странно! Но что поделаешь? Пойду предупрежу Досточтимого брата Дина. Он председательствующий офицер нашей ложи, видите ли…

Переваливаясь с боку на бок, толстяк направился в глубь коридора и скоро исчез.

Сэр Малькольм воспринимал происходящее не без юмора. Когда-то он интересовался обычаями и традициями франкмасонства, которое в Великобритании в той или иной степени было прерогативой правящих кругов. С гордостью именуя себя прямыми потомками строителей храмов и тамплиеров, франкмасоны пополняли свои ряды за счет представителей знатных родов и буржуазии, притом что первые шли на это, дабы сохранить память, хотя бы какую-то, о древних ремеслах, а вторые — чтобы быть поближе к первым. У себя в особняке Фалькон сэр Малькольм хранил всю литературу на эту тему. Книги перешл