Алекс Вуд Нью-йоркская амазонка

1

Как же хорошо проснуться в собственной постели, на чистых шелковых простынях, вдохнуть легкий аромат жасмина, витающий в комнате, потянуться всем телом, наслаждаясь теплом, уютом и покоем… Раньше Эмили и не догадывалась, какое это счастье. Раньше она вообще была другой… Нужно было улететь на другой конец земли, чтобы понять, что дома лучше всего.

Она села на кровати и пригладила волосы. Солнце пробивалось сквозь неплотно задернутые занавески. Было, наверное, уже часов одиннадцать. Интересно, сколько раз звонил Даррен… Эмили улыбнулась. В отличие от нее, он всегда вставал очень рано, где бы ни находился – в амазонской сельве, африканских джунглях или в Нью-Йорке. Поэтому она и предпочла до свадьбы пожить одна, насладиться последними денечками свободы и комфортом своего роскошного нью-йоркского особняка.

В дверь спальни робко постучали.

– Заходи, я уже проснулась, – громко сказала Эмили.

В комнату заглянула ее горничная Альма.

– Простите, мисс Эмили, но вам звонили уже шестнадцать раз…

Эмили расхохоталась. Даррен превзошел сам себя. Обычно ему хватало пяти утренних звонков, чтобы понять, что она спит и сама позвонит, когда проснется.

– Звонил мистер Уолш?

– Три раза, – кивнула Альма и вытащила из кармана исписанный листок. – Два звонка от мистера Ларреби, один от Джейн Паркер, один от миссис Карнеги насчет вечернего платья, два из редакции «Сан» и семь звонков от секретаря мистера Джордана.

– Семь звонков? – удивилась Эмили. – Кто такой мистер Джордан? Я его не знаю…

– Президент компании «АКА Медиа».

– Что ему от меня нужно?

Альма ничего не ответила. Эмили в изнеможении упала обратно на кровать. Приятная, хлопотливая, но не слишком обременительная жизнь хозяйки светского салона, которую она вела до путешествия в Амазонию, сейчас казалась ей кошмаром. По десять раз на дню ее разыскивали друзья, чтобы представить кого-нибудь или договориться об очередной вечеринке. Нужно было помнить о портнихах и косметологах, встречаться по меньшей мере с дюжиной людей каждый день.

Вдобавок журналисты, и раньше не оставлявшие ее в покое, словно с цепи сорвались, когда она вернулась из Амазонии, да еще с такими трофеями… Имя Эмили Маверик на первой полосе гарантировало хорошую раскупаемость любой газете, и репортеры спешили взять у нее интервью. Поначалу Эмили находила это забавным и радовалась своей возросшей популярности. Через месяц ей захотелось сбежать ото всех обратно в Южную Америку, но, увы, приходилось терпеливо нести свой крест.


Пока Альма, бывшая по совместительству и массажисткой, разминала Эмили спину, та диктовала секретарю сегодняшние поручения.

– Сообщите Элу Ларреби, что я встречусь с ним сегодня в двенадцать за ланчем в «Астории». Миссис Карнеги пусть приготовит платье к завтрашнему утру. Вы его заберете. Джейн Паркер можно не перезванивать… А с секретарем мистера Джордана соедините меня немедленно.

Дайана Толлард, работавшая личным секретарем Эмили уже три года, молча кивала и записывала все в блокнот.

– Простите, Эмили, а как быть с вашим консультантом? Он просит о встрече с прошлой недели.

Эмили поморщилась. Раньше она всегда была в курсе своих финансовых дел, но сейчас заниматься скучнейшими отчетами ей хотелось меньше всего.

– Запишите его на вечер, Дайана. Когда там у меня свободное время?

– В семь у вас встреча с Линдой Опельгейм, а в восемь вы должны быть в Метрополитен-опера на премьере.

– А когда же я увижу Даррена? – потрясенно прошептала Эмили, разговаривая скорее с собой, чем с секретарем.

Дайана тактично сдержала улыбку. Раньше с Эмили Маверик было намного проще работать. Она всегда точно знала, что нужно и должно сделать, и не позволяла эмоциям отвлекать себя от важных дел. Зато сейчас она стала намного мягче и в некотором роде человечнее… Любовь творит с людьми чудеса.

– Мистер Уолш просил передать, что готов пойти с вами на спектакль, – сказала Дайана нейтрально. – И что если вы еще раз передадите ему вашу просьбу через меня, он разобьет телефон.

Эмили покраснела. Да, пожалуй, это было лишнее. Но в последнее время она так закрутилась, что позабыла о том, что Даррен терпеть не может, когда она общается с ним через Дайану. Кажется, она действительно просила секретаря связаться с ним и спросить, согласен ли он пойти с ней на премьеру в Метрополитен…

– Спасибо, Дайана, – пробормотала она. – Вы можете идти.

Дайана захлопнула блокнот. Но прежде чем уйти, она взяла телефонную трубку и набрала номер.

– Здравствуйте, говорит Дайана Толлард, секретарь Эмили Маверик, – хорошо поставленным голосом сказала она. – Миссис Маверик готова поговорить с мистером Джорданом.

Эмили сделала страшные глаза и приподнялась на одном локте. Она совсем не имела в виду, что хочет говорить с Джорданом прямо сейчас, во время массажа. Но делать было нечего, чересчур исполнительная Дайана уже протягивала ей трубку.


Компания «АКА Медиа» была крупным медиахолдингом, растянувшим свои щупальца почти по всей стране. В него входили четыре серьезных издательства и бессчетное количество газет, пара телеканалов и телерадиовещательная компания. Эти люди зарабатывали деньги на всем, что имело отношение к печатному слову или телевидению, и даже всезнающей Дайане не удалось за час собрать полную информацию об их деятельности.

Эмили проглядывала материалы по «АКА Медиа» в машине и чувствовала, что у нее пухнет голова от всех этих немыслимых сумм. Но Дайана, конечно, права. Раз ее лично пригласил на деловую встречу президент компании, она должна приехать как можно более подготовленной. Даже не зная точно, о чем речь, можно предположить, что «АКА Медиа» планирует сделать Эмили Маверик какое-то предложение… Но чем она могла их заинтересовать? Капиталы покойного мужа, сделавшие ее миллионершей, были вложены в предприятия совершенно другой отрасли. Заниматься издательским делом или продюсированием фильмов Эмили не собиралась. Оставалось только гадать и надеяться, что она окажется готовой к самому неожиданному.

Главный офис «АКА Медиа» поражал воображение. Это было гигантское здание из стекла; его вход украшала странная металлическая конструкция из кубов, поставленных один на другой. Эмили задрала голову, пытаясь сравнить здание с рядом стоящими и прикинуть количество этажей. Но кончилось все тем, что у нее заслезились глаза из-за яркого солнца, отражающегося в многочисленных стеклах «АКА Медиа».

Заинтригованная донельзя Эмили вошла в просторный холл и обратилась к девушке за стойкой администратора.

Эмили ждали. Девушка в короткой юбке и белой блузке лично проводила ее до сто двадцать восьмого этажа, где находился кабинет мистера Джордана, и сдала ее на руки секретарю президента.

– Подождите, пожалуйста, мистер Джордан сейчас говорит по телефону, – сказала секретарь и показала Эмили на один из кожаных диванов в приемной.

Эмили чуть усмехнулась. Ее очень давно нигде не заставляли ждать.

– У меня назначено на двенадцать, – холодно произнесла она. – Ради мистера Джордана я отменила важную встречу. И я не собираюсь сидеть в приемной.

Эмили решительно подошла к широким дверям в кабинет Джордана. Она мельком отметила глаза секретарши, округлившиеся от ужаса, и взялась за массивную бронзовую ручку.

– Нет, миссис Маверик, прошу вас…

Девушка вскочила из-за стола, но поздно. Эмили уже вошла в кабинет и с грохотом захлопнула за собой дверь.


Кабинет мистера Джордана был большим. Не просто большим, а огромным. Видимо, мистер Джордан рассчитывал с первого взгляда убивать наповал. Окно во всю стену с видом на полуденный Нью-Йорк, массивная дорогая мебель (уж в этом Эмили разбиралась), справа – тренажер для мини-гольфа, слева – кожаный диван и кресла для посетителей и два больших книжных шкафа. У окна стоял широкий стол и темно-бордовое кресло. Эмили на секунду представила, каково это – сидеть спиной к городу на сто двадцать восьмом этаже. Вышло не очень приятно. Она бы точно не смогла здесь работать.

Однако мистера Джордана нигде не было видно. Эмили с неудовольствием повертела головой по сторонам. Чем бы он ни был сейчас занят, он должен вспомнить, что у него встреча с Эмили Маверик. И что Эмили Маверик не из тех, кого воспитанные люди заставляют ждать в приемной или кабинете.

– Добрый день, мистер Джордан! – отчетливо произнесла она, причем по ее тону было ясно, что ничего доброго она в таком дне не видит.

– Добрый день, Эмили, – раздался ей в ответ голос, который она узнала бы из миллиона.

От неожиданности она вздрогнула. Нет, этого не может быть. Ей послышалось. Мало ли в мире людей с похожими голосами.

– Ты разве меня не узнала? – продолжал голос, слегка издеваясь. – Я-то думал, ты меня не забудешь…

Эмили пыталась понять, откуда идет голос.

– Мистер Джордан, я не собираюсь играть с вами в прятки! – выпалила она.

– Господь с тобой, Эмили, какие прятки? Я здесь…

Эмили увидела, что кресло у окна медленно поворачивается. Как же она сразу не заметила, что оно повернуто спиной! Это солнце виновато, которое заливает весь кабинет и слепит глаза…

– Теперь-то ты готова приветствовать старого друга?

Кресло повернулось полностью, и с него встал…

– Боже, Эмметт! – воскликнула Эмили, забыв о приличиях и о том, что ее может услышать секретарь в приемной. – Какого черта ты тут делаешь?

Мужчина рассмеялся.

– Не ожидал услышать ничего другого, моя дорогая. Надеюсь, ты не откажешься выпить чашечку кофе со старым другом?

Он нажал на кнопку и вызвал секретаря.

– Сесилия, принесите, пожалуйста, кофе. Мне как обычно, а для леди с обезжиренными сливками и двумя кусочками сахара. Ах, да, и прихватите ту пачку сдобного печенья.

Эмили смотрела на него, открыв рот. Надо же, он до сих пор помнит, с чем она пьет кофе и какое печенье любит… А ведь сколько лет прошло, страшно вспомнить…

– Присаживайся, Эмили. – Мужчина показал рукой на диван. – Должен сказать, ты отлично выглядишь. Стала еще красивее.

Щеки Эмили залились краской. Эмметт всегда умел заставить ее почувствовать себя маленькой глупенькой девочкой. Точнее, маленькой глупенькой влюбленной девочкой. Но теперь она ни то, ни другое, ни третье. И магия его бархатного голоса больше на нее не действует!

– Спасибо, – кивнула Эмили и подошла к дивану.

Он оказался вполне удобным, и Эмили откинулась на мягкую спинку, стараясь обрести хоть какую-то опору. Эмметт сел в кресло напротив, наклонился вперед, поставил локти на стол и уперся подбородком в сплетенные пальцы. Все тот же очаровательный Эмметт. Прекрасные глаза цвета спелого лесного ореха, небрежно растрепанные черные волосы, ироничная улыбка, за которую любая женщина душу продаст дьяволу… Тело бога и лицо ангела, масса ума и обаяния. Неотразимый Эмметт Нортон…

У Эмили по спине пробежал холодок. Как часто она думала о том, что должна когда-нибудь снова встретиться с ним! И как часто, когда она надеялась на встречу, судьба обманывала ее. А сейчас она видит Эмметта и сознает, что его время безвозвратно прошло… Печально.

– Как дела, Эмили? – улыбнулся Эмметт. – Я следил за твоими успехами.

– Не сомневаюсь.

– Я очень удивился, когда узнал, что ты отправляешь в Амазонию.

– Почему? Я всегда была безрассудной, – усмехнулась Эмили.

– Ты всегда была домоседкой.

– Ты не можешь помнить, какой я была. В любом случае, это давно прошло.

– Я помню гораздо больше, чем ты думаешь. – Темные глаза Эмметта подернулись дымкой печали. – И гораздо больше, чем мне хочется.

У Эмили задрожали губы. Надо же, она успела забыть, каким трогательным бывает Эмметт, когда хочет этого. Нельзя позволять ему говорить о прошлом. Это слишком опасно.

Тут кстати вошла Сесилия с подносом в руках, и Эмметт сменил позу и перестал поедать Эмили глазами. Секретарь поставила поднос, расставила чашки и вазочки. Эмили вдохнула аромат кофе. Запах был отменным.

– Спасибо, Сесилия, вы можете идти, – ровным голосом сказал Эмметт.

Эмили скорее почувствовала, чем увидела, как напряглась секретарь. Наверное, тоже пала жертвой его роковых чар, догадалась Эмили. Интересно, хоть одна женщина может остаться к нему равнодушной?

Эмметт молчал, пока Сесилия не вышла из кабинета.

– Милая девочка, – сказал он, когда за ней закрылась дверь. – Правда, не очень хорошо исполняет мои поручения. Пускает посетителей, хотя я ясно сказал, что занят…

– Она не ви