Алекс Вуд Последний жених

1

Потрясающую новость в Локерхарт Вэлли принес, а точнее привез на своем велосипеде Натаниэль Спарк. Рыжеволосый пострел забежал в бакалейный магазин своей тетушки миссис Спарк, подцепил из открытой пачки имбирное печенье и с набитым ртом проговорил:

– А у «Вереска» наконец наследник объявился!

Миссис Спарк, уже привыкшая к тому, что племянник всегда в курсе дел, всплеснула руками и принялась расспрашивать Натаниэля. Глаза почтенной женщины разгорелись. Она уже предвкушала, с какой помпой преподнесет своим подругам это известие. Подумать только, наконец-то отыскался законный наследник «Вереска». А ведь со смерти старой миссис Траут уже прошло четыре месяца… Еще чуть-чуть, и эта гордячка Меган Гилберт получила бы поместье, лучше которого нет во всей округе!

Миссис Спарк недовольно хмыкнула, как всегда при мысли о бывшей экономке миссис Траут, и предалась более приятным размышлениям. Натаниэль обещал к вечеру разузнать побольше о таинственном наследнике. И как только мальчишке удается все это вынюхивать? Ох, надо держать с ним ухо востро…

Но благодаря Натаниэлю миссис Спарк знала обо всех последних событиях, и покупатели, а в особенности покупательницы, частенько заскакивали в магазин, чтобы поболтать с всезнающей хозяйкой. А заодно покупали какую-нибудь мелочевку, что очень благоприятно отражалось на торговле. Порой миссис Спарк чуточку привирала, но никто не держал на нее зла. В ее изложении местные сплетни становились гораздо более интересными, чем на самом деле!

Первой, кто услышал о наследнике «Вереска» из уст миссис Спарк, стала Лили Вандемир. Она зашла в бакалейный магазин, чтобы купить фунт изюма для сладкого пирога, а приобрела нечто более ценное. Словоохотливая хозяйка сообщила ей горяченькую новость, с пылу с жару, настолько вкусную и невероятную, что и выдумывать ничего не требовалось. Небесно-голубые глазки Лили широко распахнулись, а пухлые розовые губки в крайнем удивлении сложились в округлое «о». Миссис Спарк наблюдала за ней с добродушной улыбкой. Если бы она была в юном возрасте Лили и обладала бы ее наружностью, она бы тоже пришла в неописуемое волнение…

– А что известно об этом наследнике? – спросила Лили.

Миссис Спарк с сожалением покачала головой.

– Пока ничего, золотце мое. Но Нат, проказник этакий, обещался разузнать как можно больше. Хотя, скорее всего, даже поверенный старой миссис Траут, мистер Литтлби, ничего не скажет. Наследник этот все время в Америке жил, и никто его не видел.

Нежные щечки мисс Вандемир покрылись румянцем застенчивости.

– А это точно наследник? – с тревогой уточнила она. – А не… наследница?

Миссис Спарк понимающе хмыкнула, и Лили поспешила отвести глаза.

– Точно наследник, – с неизвестно откуда взявшейся уверенностью произнесла хозяйка лавки. – Мужчина.


К вечеру Натаниэль принес обещанные подробности. Он работал посыльным у мистера Литтлби, адвоката, и в силу своих обязанностей точно знал, откуда, а главное, куда ветер дует. Мистер Литтлби последние двадцать пять лет занимался делами миссис Траут, так что в достоверности сведений, сообщенных Натом, не могло быть никаких сомнений.

– Этот наследник – сын Марии, единственной дочери миссис Траут, – с аппетитом рассказывала миссис Спарк деревенским кумушкам, собравшимся поутру под широким навесом рядом с ее магазином.

– А где сама Мария? – тут же перебила ее миссис Спэнглоу, жена доктора. Она совсем недавно приехала в Локерхарт Вэлли и не была в курсе семейной драмы, разыгравшейся в благородном семействе Траутов.

Тридцать пять лет назад Мария сбежала из дома с лондонским коммивояжером, – кратко пояснила миссис Спарк. Ей не хотелось долго задерживаться на теме, которая и без того была отлично известна всем ее слушательницам. – Миссис Траут была в ярости. Она-то хотела выдать дочь за человека с именем или хотя бы с состоянием, а Мария предпочла желтые усы коммивояжера…

– Так что же наследник? – нетерпеливо напомнила кругленькая супруга викария.

Миссис Спарк кивнула и продолжила:

– Вскоре после ссоры с матерью Мария уехала в Америку. Все это время о ней ничего не было слышно. Но оказалось, что там она вполне законно вышла замуж и родила ребенка.

– Мальчика? – уточнил кто-то.

– Мальчика, – величаво подтвердила миссис Спарк. Это был ее час, и она наслаждалась им от души. – Мистер Литтлби отыскал ребенка, вернее, молодого человека, и теперь сын Марии со всех ног мчится в Локерхарт Вэлли.

Благоговейная тишина стала лучшей наградой рассказчице. Однако у миссис Спарк был припасен еще один козырь. Как опытный картежник она намеренно приберегала его напоследок, чтобы одним эффектным ходом завершить игру. Сестра викария, долговязая мисс Дженкинс, подала миссис Спарк отличную реплику:

– А что еще говорят об этом наследнике? Женат ли он?

Миссис Спарк с видом древнеримского триумфатора обвела притихших слушательниц гордым взглядом и громко произнесла:

– Нет!


Локерхарт Вэлли, ничем не примечательная деревушка на юго-западе Кента, радовала глаз каждого, кто случайно проезжал мимо. Аккуратные улочки и небольшие симпатичные домики, цветущие палисадники и сочная английская зелень повсюду. Неспешный образ жизни в Локерхарт Вэлли не менялся на протяжении многих десятилетий, разве что вместо лошадей появились автомобили, а в некоторые дома провели электричество, газ и телефон. Здесь рано вставали и рано ложились спать, знали все обо всех, приветствовали добродетель и искореняли порок. Почти никто из коренных жителей Локерхарт Вэлли не покидал пределов родной деревни, а поездка в соседний город считалась настоящим путешествием. Естественно, такое положение дел устраивало не всех. Кое-кто из молодых сравнивал Локерхарт Вэлли с болотом и уезжал, но в целом жизнь в деревне текла неторопливо и размеренно, и рождение щенков у породистой собаки викария давало пищу для разговоров на целую неделю.

В Локерхарт Вэлли было все, чему полагается быть в приличной английской деревушке. Чистенькая церковь и дом викария при ней, полицейский участок с одним-единственным констеблем, грозой редких хулиганов и подвыпивших мужей, бакалейный магазин и лавка промышленных товаров, аптека и приемный кабинет доктора Спэнглоу располагались на Главной улице Локерхарт Вэлли. Здесь же, прямо напротив полицейского участка стояла пивная дядюшки Фредди, в которой мужчины любили пропустить стаканчик-другой. Женский клуб, почта, школа, ресторанчик и маленькая кондитерская при нем занимали другую улицу, идущую параллельно главной. Клуб для джентльменов открыли по соседству некоторое время назад. Однако джентльменов было не так-то много в Локерхарт Вэлли, да и собираться они предпочитали в баре у Фредди, поэтому клуб быстро превратили в выставочный зал и помещение для танцев.

Одно было плохо – устраивать танцы в деревне было не с кем. Местные девушки с нескрываемой завистью читали описания балов, которые давались когда-то в Локерхарт Вэлли. Свидетельства о тех роскошных временах хранились в местной библиотеке, и не одна современная красавица украдкой роняла слезинку над словами о том, что «на бал съезжались дамы и кавалеры, и много свадеб праздновали после ежегодных рождественских праздников». Возможно, летописец что-либо и приукрашивал. Но в сегодняшнем Локерхарт Вэлли не было не то что «кавалеров», но даже одного-единственного завалящего кавалера!

Конечно, мужчины в деревне были, и в немалом количестве. Однако в глазах любой незамужней девушки Локерхарт Вэлли они делились ровно на две категории: безмозглых мальчишек до восемнадцати, не стоящих никакого внимания, и солидных, порой весьма симпатичных, но, увы, безнадежно женатых мужчин. В Локерхарт Вэлли не было ни одного жениха.

Трудно сказать, почему так вышло, ведь в невестах недостатка отнюдь не было. Но трое сыновей владельца пивной дядюшки Фредди отправились служить на флот. Дэннис Блотч, племянник викария, уехал в Лондон, чтобы стать актером. Троюродный брат Дэнниса искал полезные ископаемые где-то в далекой Норвегии. Томас Аткинс торговал подержанными автомобилями в Белфасте… Ах, сколько подобных историй могли бы рассказать девушки Локерхарт Вэлли! Еще десять, даже пять лет назад ситуация не была столь катастрофична. Но с тех пор, как полгода назад последний холостяк доктор Спэнглоу женился на рослой девушке из Дербишира, в Локерхарт Вэлли стало совершенно не за кого выходить замуж!

Даже брат Агаты Моллест, художницы, которая каждое лето снимала дачу в Локерхарт Вэлли, был женат. Он сопровождал сестру в ее длительных прогулках по местным лесам и вызывал жгучий интерес со стороны прекрасных обитательниц деревни. Однако Майкл Моллест, красавец с черными кудрями до плеч ослеплял не только белозубой улыбкой, но и обручальным кольцом. А однажды его супруга собственной персоной появилась в Локерхарт Вэлли. Она была так же черноволоса, как Майк, и писала такие же чудесные картины, как Агата. Местные девушки понимали, что у них нет никакого шанса.

Стоило ли удивляться тому, что известие о приезде наследника миссис Траут, да к тому же неженатого наследника, было воспринято с неподдельным энтузиазмом? Усадьбой «Вереск», довольно уродливым мрачным зданием из серого камня, гордилась вся деревня. Поговаривали даже, что «Вереск» имеет определенную историческую ценность, потому что какой-то король останавливался в нем на ночь после охоты в непроходимых местных лесах. Покойная миссис Траут, в замужестве леди Маллион, поддерживала дом в идеальном порядке, хотя и была скуповата. Порой девушки Локерхарт Вэлли воображали, что в просторном доме с высокими зашторенными окнами живет не жадная полубезумная старуха, а молодой красивый граф с печальными глазами. Они ни за что не признались бы в этом, но каждая перед сном выдумывала себе романтическую историю о том, как этот самый граф вдруг воспылал любовью… ах…

Но редкие появления миссис Траут в деревне разрушали все фантазии юных мечтательниц. Даже в этом судьба жестоко обманула их. Почему бы какому-нибудь благородному джентльмену не обосноваться в «Вереске» вместо этой рослой носатой старухи, которая никому слова доброго не скажет?

После смерти миссис Траут воображение романтичных красавиц заработало с новой силой. Как оказалось, не напрасно. Из далекой загадочной страны, где говорят на смешном непонятном английском, едет внук миссис Траут, наследник старинного «Вереска», неженатый мужчина лет эдак тридцати (по примерным подсчетам)!

Было от чего трепетать.


– Говорят, что в Америке все ужасно богаты, – таинственным шепотом сообщила мисс Джеральдина Хоукс своей лучшей подруге Лили Вандемир.

Девушки сидели вдвоем в комнате Лили, так что никакой необходимости шептать не было. Но Джеральдине, или попросту Джерри, было тяжело вслух обсуждать столь щекотливую тему.

Это была невысокая симпатичная девушка с круглым личиком, медно-рыжими волосами и наивными светло-карими глазами. Вопреки распространенному мнению, которое приписывает рыжеволосым необыкновенную задиристость, Джерри Хоукс была до смешного застенчива и нерешительна.

– Так уж и все, – недоверчиво фыркнула Лили.

– Но он-то точно должен быть богат, – продолжала Джерри.

Лили Вандемир дернула плечиком, словно говоря «много ты понимаешь!». Ее не меньше чем Джерри терзало желание узнать о наследнике «Вереска» как можно больше, но она считала ниже своего достоинства показывать это.

Лили знала, что красива, и знала, что все знают, что она красива. Предок ее был родом из Голландии, и, возможно, этим и объяснялись яркий белокурый цвет ее волос и небесная голубизна глаз. Однако на этом ее сходство с пышнотелыми румяными голландками заканчивалось. Лили была чрезвычайно изящна, а ее нежная белая кожа напоминала тончайший саксонский фарфор. Лишь изредка, в минуты глубокого смущения, ее лицо полыхало краской, что делало девушку еще прекраснее.

Все подруги без исключения признавали ее первенство. Лили была истинной королевой Локерхарт Вэлли и вела себя с королевским достоинством. Она ни на минуту не забывала, что ее отец – состоятельный человек и что ей не нужно работать, чтобы зарабатывать себе на жизнь. Ее ближайшая подруга Джерри трудилась в крохотной библиотеке Локерхарт Вэлли, потому что ее отец, мистер Хоукс, весьма определенно выск