Алекс Вуд Распродажа женихов

Глава 1


— Скучно. — Эшли широко зевнула. — Скорей бы Кэтти приходила, а то с тобой совсем невыносимо.

Анжела закивала головой. Она привыкла во всем поддерживать подругу, и, хотя мнение Эшли показалось ей несколько обидным, она послушно согласилась с ней.

— Кстати, во сколько она должна вернуться? — Эшли даже не заметила, что невольно оскорбила Анжелу.

— По-моему, в шесть, но я точно ну знаю.

— Еще целый час, — вздохнула Эшли. — я с ума сойду. Интересно, что все-таки у них приключилось с Ником… Ты ничего не слышала?

Эшли посмотрела на Анжелу. Почему-то ей казалось, что подруга что-то скрывает от нее. Было заметно, что Анжеле не по себе. Она отводила глаза, растерянно улыбалась и явно не желала продолжать беседу.

— Немедленно выкладывай, что ты знаешь, Анжела, иначе я перестану с тобой разговаривать!

Тон Эшли был чрезвычайно категоричен. Анжела не сомневалась, что она способна поступить именно так, невзирая на их десятилетнюю дружбу. Тяжело вздохнув, девушка произнесла:

— Я случайно узнала, что Ник изменяет Кэтти с Ритой Бертсон.

— Что? — вскрикнула Эшли. Всю ее сонливость как рукой сняло. — Кто тебе сказал?

— Неважно, — уклонилась Анжела от прямого ответа, — Но мне всегда казалось, что Кэтти тратит время на недостойного человека…

Анжела потупилась. Непривычно было критиковать подругу. Она всегда старалась не высказывать свое мнение, так как знала, что ее все равно никто не послушает. Но сейчас был случай из ряда вон выходящий, и она позволила себе отступить от правил.

— Ах, что ты понимаешь! — отмахнулась от нее Эшли, но это вышло у нее неубедительно. В глубине души она была полностью согласна с Анжелой, лишь гордость мешала признать то, что сама она заблуждалась на счет Ника Хейлиса.

— Но какова эта нахалка Рита, — продолжила Эшли после минутной паузы. — Изображала из себя недотрогу, а на самом деле заигрывала с Ником за спиной у Кэтти!

Эшли даже в голову не пришло усомниться в словах Анжелы. Подруга, конечно, немного скучновата, но правдива, этого у нее не отнимешь.

А Анжела уже сожалела о своей правдивости.

Выражение озабоченности, появившееся на хорошеньком личике Эшли, очень не нравилось ей. Она знала вздорный характер подруги и догадалась, что та в данный момент выдумывает пакости, которые можно подстроить изменнику Нику и нахалке Рите.

— Кэтти не стоило с ним связываться, — повторила Анжела, надеясь отвлечь Эшли от планов мести. — Сразу было видно, что он не для нее…

Лучше бы ей этого не говорить. Потому что Эшли тут же взорвалась.

— Не для нее? Ты соображаешь, что говоришь? Да он не достоин в одной комнате с ней находиться! Он должен был Бога каждый день благодарить, что такая, как Кэтти, любит его.

Эшли возмущенно фыркнула. Нет, Анжелу совершенно невозможно понять. Она верный друг, очень надежный и преданный, но порой выдает такое, что волосы дыбом встают. Надо же, Ник Хейлис не для Кэтти. Полная ерунда!

Эшли кипятилась тем сильнее, чем отчетливее сознавала, что Анжела права. Когда их подруга Кэтти объявила им, что влюбилась в Ника Хейлиса и намерена добиваться его взаимности, ей не очень понравилась эта идея. О Нике ходили слухи, как о надменном и грубом молодом человеке, который привык с презрением относиться ко всем вокруг. Если добавить к этому, что его семья была чрезвычайно состоятельна, то становилось ясно, что девочке из провинциального городка не место рядом с ним. От него можно было ожидать всяческих неприятностей, но Кэтти было невозможно переубедить. Напрасно Эшли намекала на то, что за Ником тянется огромный шлейф разбитых сердец, что, несмотря на свои девятнадцать лет, он успел покорить даже некоторых преподавательниц их университета. Кэтти поставила перед собой цель и упорно добивалась ее. Она ужом вилась вокруг Ника Хейлиса и в один прекрасный день проснулась в его роскошной двухэтажной квартире, которую отец Ника снимал для сына в самой престижной части города.

Кэтти была на седьмом небе от счастья, а Эшли и Анжеле оставалось лишь скептически пожимать плечами. Вернее, пожимала плечами одна Эшли, Анжела не решалась выносить какие-либо отрицательные суждения.

— Возможно, у них что-то получится, — неуверенно говорила она.

И первое время казалось, что так оно и будет.

Ник не отходил от Кэтти, забрасывал ее цветами, приглашал в самые дорогие клубы и рестораны города. Но потом Кэтти все чаще и чаще оставалась одна в своей комнате и грустно смотрела в окно. Вскоре начались скандалы, и Эшли никогда не знала, чем закончится очередное свидание Кэтти и Ника. И вот теперь получается, что Кэтти обманута, как и многие до нее. Эшли негодовала, словно ее саму бросил любимый.

Кэтти, Эшли и Анжела дружили с детских лет, хотя сложно было представить себе более непохожих девушек. Заводилой в их маленькой компании всегда была Эшли Коннорс. Ее отец служил в городской полиции, и на этом основании девочка считала, что вправе командовать подругами. Анжела и Кэтти не сопротивлялись, и Эшли продолжала руководить ими даже после того, как они выросли.

Хотя во внешности Эшли не было ничего такого, что указывало бы на ее властный характер. Наоборот, это была хрупкая невысокая девушка с пепельными волосами и серыми глазами. На первый взгляд она казалась нежнейшим существом, и только после тесного общения с ней вы понимали свою ошибку. Привлекательное личико Эшли было способно искажаться до такой степени, что становилось не по себе. Ненависть, зависть, злоба отчетливо проступали в ее глазах, и ни у кого не было сомнений, что младшая Коннорс никому не даст спуску.

Однако у Эшли было одно положительное качество. Она была очень предана тому, что считала своим. Мой дом, моя семья, мои друзья это были не пустые слова для нее, и Эшли была готова с пеной у рта отстаивать права своих родных и близких. Кэтти и Анжела были в их числе, и, хотя они порой страдали от безжалостной Эшли, они знали, что она в любой момент выступит в их защиту.

Несмотря на то, что сама Эшли считала, будто обладает обостренным чувством справедливости и ко всем своим друзьям относится одинаково, она особенно выделяла Кэтти Моран. Эти двое были неразлучны с пеленок, их дома стояли по соседству, и маленькая Эшли знала, что в доме окружного судьи Джозефа Морана ей всегда рады, потому что она лучшая подруга их единственной дочки Кэтти.

Из троих подруг Кэтти была, пожалуй, самой непривлекательной. Высокая и неуклюжая девочка очень страдала, когда одноклассники смеялись над ней. Но Эшли Коннорс всегда приходила ей на помощь, и от Кэтти быстро отстали. Однако после окончания школы, как это часто бывает, Кэтти неожиданно похудела и научилась подчеркивать достоинства своей внешности и скрывать недостатки. Теперь уже никто не мог бы догадаться, что мисс Моран в детстве была объектом для насмешек. Сейчас она тщательно ухаживала за своими длинными темными волосами, которые волнами ложились на плечи и отвлекали внимание от крупного носа, небольших глаз и узких губ. Если прибавить к этому стройное ухоженное тело, то становилось понятным, почему Кэтти считалась в университете интересной девушкой.

В целом, несмотря на внешнее несходство, у двух подруг было много общего: положение родителей, их статус в городе, взгляды на жизнь, домашний уклад.

Анжела Санчес была совсем другой.

Мать Анжелы родилась в этом же городе, но в восемнадцать лет сбежала из дома с мексиканцем. Очаровательный дон Мигель прекрасно пел, белозубо улыбался и не планировал слишком долго задерживаться на одном месте. Айрин влюбилась без памяти и последовала за любимым, хотя вся ее семья была категорически против. Конечно, они не относили себя к сливкам общества, но допустить, чтобы дочь связалась с каким-то мексиканцем, то ли официантом, то ли музыкантом… Однако Айрин никого не послушала и на двенадцать лет исчезла из родного города.

По истечении этого времени она вновь появилась, значительно потрепанная жизнью, и привезла с собой крошечную девочку. Малышка смотрела на мир огромными синими глазами, которые казались слишком большими для ее худенького смуглого личика. Семья Айрин была не в восторге, соседи и подавно. Все за глаза осудили бедняжку и распространили свое осуждение и на Анжелу. Восьмилетняя девочка пока не понимала, почему люди на улице показывают на нее пальцем и· они с мамой никогда не ходят в гости к бабушке и дедушке.

Родители Айрин отказались пускать блудную дочь и ее ребенка под свою крышу, И Анжеле с матерью пришлось ютиться в крошечном домике на окраине города. Большего Айрин позволить себе не могла. Но она не роптала на судьбу, считая, что пришло время платить за короткое счастье. О Мигеле больше никто никогда не слышал. Через некоторое время общественное мнение смилостивилось и позволило Айрин немного приблизиться к людям. Она была рада, что вернулась на родину, хотя ее и встретили неласково.

Анжела не могла сказать про себя того же. Она попала в чужой мир, где ей, с трудом говорившей по-английски, приходилось очень нелегко. Дети оказались зло памятнее родителей, и черноволосой смуглянке с пронзительными синими глазами была объявлена настоящая война.

Анжелу дразнили на улице, обзывали непонятными ей словами, больно дергали за косы. Она была для своих лет слишком маленькой и никогда не могла постоять за себя. С глазами, полными слез, она прибегала к матери и по-испански жаловалась ей на обидчиков. Айрин гладила дочь по голове, утешала, потом говорила с соседями. Но все было бесполезно. Анжела оставалась чужой, ненавидимой всеми. Ей не могли простить ни смуглоты, ни задумчивых глаз, ни неожиданно пленительной улыбки. Дети видели, что их отцы и матери презрительно относятся к Айрин, И делали вывод о своей безнаказанности и правильности своих действий.

Закончилось все внезапно. Анжела пошла в школу и, вопреки опасениям Айрин, не только не приобрела новых врагов, но и избавилась от старых. Все было просто: по каким-то необъяснимым: причинам Эшли Коннорс Кэтти Моран сразу подружились с робкой Анжелой и взяли ее под свою защиту. С Эшли никто не посмел связываться, и через некоторое время бывшие обидчики Анжелы были вынуждены признать, что она, в принципе, неплохая девчонка.

Эшли не знала, что толкнуло ее взять шефство над этой перепуганной девочкой. Когда она впервые увидела Анжелу, ее дрожащие губы и заплаканные глаза, что-то дрогнуло в ее воинственной душе, и она мигом разогнала обидчиков юной мексиканки.

Капризная Кэтти не сразу поддержала подругу. Она по началу считала ниже своего достоинства общение с полукровкой из бедного квартала. Но железная воля Эшли справилась и с этим незначительным препятствием. Кэтти немного подулась, но потом смирилась, и их неразлучный дуэт превратился в трио.

Анжела обожала· подруг. Она была уверена, что в мире нет никого лучше Эшли Коннорс и Кэтти Моран. И то, что они порой позволяли' себе пренебрегать ею, она расценивала как само собой разумеющееся. Главное, что они рядом, не обижают ее и исправляют ошибки в ее английском.

А помощь Анжеле была очень даже нужна.

Учителя хватались за голову, когда Анжела начинала отвечать. Она была намного хуже своих сверстников по многим предметам, и Айрин нередко приходилось краснеть, выслушивая упреки в адрес дочери, ведь она знала, что это целиком ее вина. Она слишком увлеклась личной жизнью и не обращала внимания на ребенка, который какое-то время казался обузой…

Анжела трудилась, не покладая рук. Через год ее было не узнать. Она заговорила на прекрасном английском, набрала больше всех баллов на зачете по математике, и ее матери уже не приходилось оправдываться за дочь. Девочка полностью освоилась в школе и дома и стала заправской американкой. Лишь излишняя смуглота выдавала ее происхождение.

Анжела была душой и телом предана своим подругам. Она тенью ходила за ними, воспринимая каждое их слово как откровение. Подрастая, она постепенно понимала, что и Эшли, и Кэтти не совсем безупречны, что они ошибаются и бывают несправедливы. Но это уже не имело никого значения. Анжела могла осуждать про себя поступки подруг, но она никогда не высказывала своего мнения вслух, не говоря уже о том, чтобы критиковать их при посторонних.

Когда подошел момент расс