Александра Лоренц
Влюбленный викинг



Пролог

Звезды ярко горели на черном бархате неба, их мерцание отражалось в темной воде извилистого залива. Кругом было тихо и безлюдно, неслышно было даже всплесков волны. Четверо юношей стояли на берегу Олесунфьорда. В этот торжественный вечер Халвор и Исгерд, Аксель и Ингмар пришли сюда, чтобы стать побратимами. Юношам было по пятнадцати лет, они жили по соседству, дружили, и теперь, вступая во взрослую жизнь, твердо решили стать кровными братьями, чтобы и дальше пойти по жизни вместе. Они знали, что древний магический ритуал сблизит их даже сильнее кровных родственников. Кровь, пролитая этой ночью, свяжет навечно четыре сердца и четыре души. Обида и боль каждого будет общей обидой и болью, а радость и удача тоже будут делиться на четверых.

Багровый серп луны появился на небе довольно поздно и теперь задумчиво смотрел на уснувшую землю. Прорезав захваченными с собой лопатами полосу в толстом слое дерна, мальчики поднатужились и все вместе приподняли ее над землей. Полосу пришлось вырезать дугой, чтобы было возможно сделать из нее высокую, выше их голов арку, ? но концы ее нельзя было отрывать от земли. И в этом был глубокий смысл: травяная арка, подпертая копьями, символизировала лоно матери Земли. Пройдя через него, участники ритуала как бы рождались заново.

Юноши хорошо знали, как следует проводить этот древний ритуал, и молча подошли к центральному копью, подпирающему травяное лоно. Они сделали надрез на правых руках, и когда их ладони обагрились кровью, сложили их вместе, так чтобы их кровь смешалась. Еще взяли чуть-чуть земли, чтобы и Земля стала залогом страшной клятвы и, подняв руки, сложили их вместе над головами и сомкнули на древке копья.

— Клянемся, что мы с этой минуты побратимы, — вместе произнесли они дрожащими от волнения голосами, — клянемся быть верными друг другу вечно!

Высокие горы, прекрасный фьорд и глубокое темное небо — все было так величественно, грандиозно. Их слова пронеслись над неподвижной водой фьорда и улетели к далеким горам. Казалось, все звезды одновременно мигнули в этот момент, как свидетели великого таинства, и волны фьорда прошумели в ответ. Юноши ступили вместе вперед и прошли под травяной аркой матери Земли. Легкий ветерок освежил их разгоряченные лица, а вся природа на мгновение затихла в восхищении от торжественности этого события. Побратимы обнялись и так еще долго стояли, их сердца бились вместе, их руки были сомкнуты — отныне они стали единым, могущественным существом.

.

Неприятные посетители


Дремучий сосновый лес, окружавший селение Кормаль, когда-то казался маленькой Шарлотте очень страшным. Но это было давно, в далеком детстве. А сейчас, особенно в последние два года, он стал родным и уютным. Он давал их небольшой семье все необходимое для жизни: лекарственные травы на продажу, ягоды, дрова, орехи, и обожаемые Шарлоттой грибы трюфели. Вот и сегодня Шарлотта и ее подруга, Селеста отправились за грибами, взяв с собой свою собаку Бель, которая помогала отыскивать прячущиеся глубоко в земле трюфели. В этом году их было много, и Шарлотте с Селестой не понадобилось далеко уходить от дома.

Собрав полную корзинку коричневых красавцев, Шарлотта разостлала шерстяную накидку на густой шелковистой траве и села передохнуть. Сразу от опушки, где она расположилась на отдых, выстроились в бесконечную колоннаду громадные стволы исполинских сосен. Их зеленые вершины сливались высоко вверху в сплошной полог, а здесь, внизу, было просторно и сухо.

? Шарлотта, где ты? ? издалека донесся тоненький голос Селесты.

? Я тут, отдыхаю! У меня уже места нет в корзине! ? закричала в ответ удачливая сборщица и с удовольствием покосилась на свою большую корзину, полную вкусных лесных даров. ? Давай скорей!

Темный лес стоял стеной, и, казалось, насторожился. Всюду царила торжественная тишина, ни единая былинка не шевелилась. Усталая любительница трюфелей улеглась на накидку и стала дожидаться подругу. Расслабившись, она лениво любовалась ярко-синим небом, по которому медленно ползли легкие розоватые облачка. Ее стало клонить в сон, и Шарлотта мельком подумала, что надо бы встать, чтобы не заснуть.

Неожиданно деревья расступились, и Шарлотта оказалась на широкой поляне, поросшей большими раскидистыми дубами. Вдалеке как-то необычно виднелся ее родной замок. Девушка присмотрелась и поняла: замок выглядел как будто его только что построили, а новая черепичная крыша поблескивала, словно только что прошел дождь. Шарлотта взглянула на небо. Оно было необычного желтого цвета, но почему-то девушка не нашла на нем солнца. Весь небосвод, вдоль горизонта, окаймляли пушистые облака, из-под которых вниз излучались равномерные потоки золотого света. Этим волшебным светом было наполнено все вокруг, даже деревья сияли, но самого светила на небе не было. Постепенно к зениту небо становилось все более голубым и, наконец, где-то над головой налилось глубокой синевой.

Девушка пошла по полю, покрытому сочной травой и очень быстро оказалась возле радушно распахнутых ворот. В крепости никто не работал — видимо, был какой-то праздник, и по такому случаю, все обитатели замка были нарядно одеты. Пестрыми группками они стояли в разных местах обширного двора и беззаботно, со смехом и шутками, переговаривались. Из конюшни лилась развеселая песня — Шарлотта вспомнила, что младший конюх любил петь, когда наводил порядок в своем хозяйстве.

— Девочка моя, — услышала Шарлотта голос матери и, обернувшись, попала прямо в ее нежные объятья. Баронесса Чарлина провела по крутым рыжим локонам и поправила у дочери выбившуюся золотистую прядь.

— Ты очень хорошо выглядишь, Лотта, — загадочно сказала она, любовно заглядывая в глаза дочери. ? это хорошо, ведь скоро за тобой придет твой суженый!

— Мама, разве ты жива? — отстранившись, с удивлением проговорила девушка, стараясь внимательней присмотреться к матери.

— А как же, — брови баронессы Чарлины де Логвилль взметнулись вверх, и она рассмеялась, — а с чего это мне умирать? Смешная ты, доченька!

— Что ты, мамочка, я так рада — обрадованная Шарлотта принялась целовать еще свежие и нежные щеки женщины, — а мне почему-то показалось, что ты умерла, — она на секунду помедлила, — когда я была еще маленькой…Я так счастлива, что ты жива! Я думала, что вы все умерли, а меня взяла к себе наша знахарка, тетя Луиза. И сейчас я живу в лесу, и собираю грибы, чтобы было, что есть зимой!

— Тебе это все приснилось, дитя! Кто же мог захватить наш замок, девочка моя? Да и наш отец никогда бы не это не допустил. Посмотри, вот и он!

В самом деле, по покатой мостовой, что вела во внутреннюю часть крепости, бодрым шагом спускался суровый хозяин замка, барон Франсуа де Лонгвилль. В правой руке у него почему-то был меч, и выглядел он задумчиво-озабоченным.

— Франсуа, — окликнула мужа Чарлина, — подойди к нам и послушай, что говорит наша маленькая Лотта.

Барон взглянул на женщин, и выражение его лица переменилось. Мужчина очень любил дочь и жену, и конечно, не мог, находясь рядом с ними, оставаться угрюмым.

— Что ты, малышка, выдумываешь? — приблизившись, спросил он и взял Шарлотту за руку. Девушка почувствовала, что ее ладонь оказалась в теплой мозолистой руке отца. Барон взглянул на нее своими голубыми ясными глазами, резко контрастирующими с черной, хотя и немного подернутой сединой, густой шевелюрой, и они заискрились теплотой.

— Мне показалось, папа, — Шарлотта смутилась и опустила взгляд, — мне показалось, что ты погиб при взятии замка.

— Это, конечно, достойная мужчины смерть, доченька, но я не хочу покидать вас с мамой, — барон обнял сразу обеих женщин и продолжил, — к тому же, слава всевышнему, наш замок давно не подвергался нападению.

Шарлотте сразу стало как-то спокойно. Былые печали и горести ушли в сторону, как будто их и не было. А вот так стоять рядом с самыми близкими людьми было очень приятно. Оказывается, просто она видела страшный сон.

— Посмотри, девочка моя, — заговорила Чарлина, — вон приехал твой поклонник!

Роскошно одетый барон Эдвард де Гров уже проехал в ворота и остановил коня. Ловко спрыгнув, он передал жеребца подбежавшему конюху и стал снимать замшевые перчатки с крагами. Затем мужчина поправил прилипшую к вспотевшему лбу прядь иссиня-черных волос и подошел к своей невесте. Красивое лицо Эдварда было изысканно утонченным. На высоком чистом лбу изогнулись тонкими дугами черные брови, темно-карие глаза окаймляли густые ресницы, скорее изнеженный, чем мужественный, подбородок был тщательно выбрит.

— Милая, я так соскучился по тебе, — он взял руку Шарлотты и припал к ней влажными губами.

Девушка увлекла жениха за собой, и вскоре они оказались за стенами крепости, в чистом поле.

— Постой, Эдвард! Ведь ты же женился на богатой наследнице? А мне предложил постыдную роль наложницы! — неожиданно спохватилась Шарлотта.

Изящные брови молодого барона взметнулись вверх.

— С чего это ты взяла? Тебе, наверно, приснился дурной сон! Я люблю только тебя и никогда не свяжу свою жизнь с другой женщиной, если только ты сама не прогонишь меня.

Радостная Шарлотта посмотрела на своего жениха. Она не очень любила страстные признания и всегда сомневалась в их искренности. Но это запальчивое объяснение в любви взволновало ее душу, поскольку ей почему-то казалось, что Эдвард поступил совсем иначе. Но вот ее жених рядом, и на сердце у девушки стало спокойно. Она с, конечно, заметила, что молодой мужчина постоянно бросает на нее чувственные взгляды, старается идти как можно ближе, как бы невзначай проводит рукой то по спине, то по талии. Вдруг Эдвард остановился и порывисто притянул ее к себе.

— Я просто сгораю от страсти, милая, — жарко зашептал он ей прямо в лицо и стал покрывать его пылкими поцелуями, — поскорее выходи за меня замуж, иначе я просто умру!

Губы Эдварда показались Шарлотте очень мягкими и влажными. Она закрыла глаза и ощущала, что его поцелуи становятся все настойчивей и смелее. Вот мужчина провел губами по ее нежной шее и, задержавшись на мгновенье, стал покрывать поцелуями грудь. Рука Эдварда властно прижала девушку так, что в спине что-то хрустнуло. По телу Шарлотты побежала сладкая истома.

Вдруг кто-то стал настойчиво трясти ее за плечо.

— Шарлотта, вставай! — раздался девичий голосок, и баронесса открыла глаза.

Она увидела прямо над собой лицо Селесты.

— Ты так крепко спишь, что-то бормочешь, и собака всю тебя облизала, — засмеялась девушка, — а нам пора уже идти, а грибов я еще не собрала. Что скажет матушка?

Увидев, что подруга плачет, Селеста осеклась….

Утерев слезы, Шарлотта оглянулась. Солнце уже клонилось к закату. К вечеру ветер усилился, и темно-зеленые кроны сосен тревожно гудели. Сколько она проспала? Девушка задумчиво провела рукой по своим губам и посмотрела на Бель. Собака внимательно наблюдала за хозяйкой и почему-то скулила. В ее карих глазах Шарлотта увидела сострадание. Юная баронесса поднялась и взяла в руку корзинку. Все вернулось вместе с солнцем. Замок был взят, отец и мать мертвы, а ее Эдвард женился на другой. Сердце просто разрывалось от боли. Зачем ей нужно было увидеть своих родных в этом прекрасном сне, когда она уже почти смирилась с жестокой судьбой и стала учиться находить радости и в этой новой для нее, скудной жизни.

Наконец, взяв себя в руки, она заглянула в корзинку подруги, ? грибов у нее было маловато. Добрав ее, притихшие, девушки побрели домой. Этот сон совсем выбил из колеи Шарлотту.


Небольшой, сложенный из разноцветных камней домик тетушки Луизы укрылся от посторонних глаз под огромными раскидистыми дубами на широкой поляне у родника. Дом находился на окраине старого леса, недалеко от селения Кормаль. Сюда приходили только знакомые знахарке люди, да и то по крайней нужде. Тетя Луиза собирала, и сушила лекарственные травы, и с помощью настоев и мазей лечила всевозможные недуги. Шарлотта с Селестой, дочерью Луизы, потихоньку перенимали знания у пожилой знахарки, собирали лечебные растения, вязали из них пучки и развешивали на обширном чердаке. Это занятие, да еще маленький огородик и давали возможность всем троим не голодать и кое-как сводить концы с концами.

Еще на подход