“Когда же приидет Сын Человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей, и соберутся перед Ним все народы; и отделит одних от других, как пастырь отделяет овец от козлов; и поставит овец по правую Свою сторону, а козлов – по левую. Тогда скажет Царь тем, которые по правую сторону Его: приидите благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира: ибо алкал Я, и вы дали Мне есть; жаждал, и вы напоили Меня; был странником, и вы приняли Меня; был наг, и вы одели Меня; был болен, и вы посетили Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне. Тогда праведники скажут Ему в ответ: Господи! когда мы видели Тебя алчущим и накормили? или жаждущим, и напоили? когда мы видели Тебя странником, и приняли? или нагим, и одели? когда мы видели Тебя больным, или в темнице, и пришли к Тебе? И Царь скажет им в ответ: истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне. Тогда скажет и тем, которые по левую сторону: идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его:”

Евангелие от Матфея. Глава 25, 31-41.




Глава 1.

  Декабрь в Петербурге выдался на удивление сухим и морозным. Приближался новый год, а снег не торопился покрывать крыши домов, тротуары и серо-зеленые газоны своей пушистой белой мантией.

 Город был сказочно украшен  по случаю приближающихся праздников нового года и Рождества. Огромные елки уже стояли на площадях в  ярких игрушках, сверкали растяжки гирлянд и море разноцветных огней на зданиях,  витринах магазинов, кафе и ресторанов.  Все манило и зазывало пестрой рекламой  так, словно владельцы собирались раздавать товары и услуги бесплатно. В атмосфере витало предпраздничное настроение  вперемешку с ароматом хвои,  цитрусовых плодов и французских духов. Казалось, еще немного, и праздник пустится веселым хороводом по улицам и площадям, закружится, запоет, взлетит яркими звездами салютов в ночное небо и отразится в дремлющих водах Невы, словно в зеркальных лентах, препоясанных мостами. И только величественные купола  соборов, храмов и многочисленных церквей и часовен  замрут в торжественном молчании среди этого  безудержного веселья, ожидая Рождество Предвечного Младенца!                                                                                                                                                                              

 В один из таких предновогодних вечеров  миловидная блондинка лет сорока,  возвращалась  домой на бронированном  «Мерседесе»,  весело напевая задорную песенку. Она остановилась  у  подъезда своего дома и вышла из машины.

 Сделав несколько шагов, Марина Павловна услышала странный шум и стоны, доносившиеся  от детской площадки.  Обернувшись, увидела в свете   фонаря, что трое хулиганов  избивают ногами лежащего на мерзлой земле человека… «Кажись, наших бьют» - мелькнула у нее первая мысль.

 - Вы что делаете!  - крикнула  женщина и  кинулась  туда, схватив первого попавшегося за капюшон куртки.  Она так резко дернула  его, что он отлетел назад и  упал в песочницу. Второй получил удар модным итальянским ботинком в пах, завыл от боли, и на полусогнутых ногах  пытался  отползти в сторону… Следующий удар догнал его сзади в пятую точку, подправил  траекторию и ускорил полет лицом в песок.  Третий бандит удивленно смотрел на происходящее, а затем, сообразив, что пришла его очередь,  резко выхватил из кармана куртки нож...  Женщина пристально взглянула на него  и, сделав  резко разворот на триста шестьдесят градусов,  нанесла такой удар ногой по челюсти, что он даже понять не успел, откуда  эта «кувалда» прилетела. Бандит рухнул на землю вместе с ножом.  Оглянувшись по сторонам, нет ли еще кого под раздачу, Марина Павловна присела на корточки рядом с  мужчиной, которого избили. Он  закрывал голову руками и не видел, что там происходит.

   - Вы живы? – спросила она, переводя дыхание. - Я сейчас…  вызову «скорую помощь»

 - Не надо… - едва выговорил мужчина, стиснув зубы от боли.

 - Мне лучше знать, что надо, - сказала она деловым тоном и достала из кармана дубленки мобильный телефон. Мужчина собрался с силами и произнес:

 - Я… сам врач… - Он все еще держался руками за голову. Черная вязанная шапочка сползла  на нос так, что лица не было видно.

 - А! Тогда другое дело, – согласилась женщина.  - Сейчас пойдем ко мне и я попробую оказать вам первую помощь. Давайте, помогу вам встать, - сказала  она  и протянула руку. Мужчина поправил шапку и медленно встал; в глазах было темно, сильно кружилась  голова, а  из носа на куртку  капала  кровь.  Он постоял немного,  подождал пока  пройдет головокружение,  затем  положил тонкую кисть руки на хрупкое женское плечо и поковылял  до подъезда, прихрамывая на левую ногу. От него разило спиртным. «Видно доктор на празднике был где-нибудь у друзей» - подумала женщина. Поднявшись в квартиру, Марина Павловна прислонила доктора к стене и включила в прихожей свет. Она повернулась к  страдальцу и открыла от изумления рот…

 - Игорь Николаевич?! Боже правый, вот так встреча! – Она смотрела на него и  не верила своим глазам, что перед ней тот самый хирург, который два года назад вот так же под новый год спас ей жизнь по случаю перитонита.

 - А я вас узнал по голосу… - тихо ответил доктор, не поднимая глаз.

 - Ну и дела! – покачала она головой. - Давайте вашу куртку, проходите в гостиную и ложитесь на диван, я вам раны обработаю сейчас, - сказала она, быстро снимая с себя дубленку и ботинки. Затем помогла ему снять куртку и повела в гостиную. Доктор медленно присел на диван и откинул голову на спинку.

 - Спасибо вам!  - поблагодарил он,  тяжело вздохнув.

 - Благодарите Бога! – ответила женщина, протирая ему лицо  влажным полотенцем. Потом обработала ссадины, осмотрела голову, руки, положила на переносицу мокрую салфетку, чтобы остановить кровотечение. – Давайте я вас отвезу в  травматологическое отделение, чтобы ваши коллеги оказали вам более квалифицированную помощь, чем я, - предложила она.

 - Спасибо! Не беспокойтесь.…  Со мной все в порядке, - ответил доктор. – Вот передохну немного и уйду, чтобы не обременять вас. Уже поздно…

 - Куда это вы пойдете так поздно и в таком состоянии, кто же вас отпустит, доктор? Или вам мало сегодня досталось? Вот отлежитесь, окрепнете, а потом решим, что дальше делать, правда? – улыбнулась бывшая пациентка. – Да! Надо  в милицию позвонить, чтобы забрали этих… в песочнице, - вспомнила она и подошла к окну, чтобы убедиться, что бандиты еще там. Темная куча внизу потихоньку шевелилась.

 - Не надо. Бог им судья! Похоже, что им сегодня тоже досталось от вас,  – сказал доктор и сделал попытку  улыбнуться.

 - Ну ладно, раз вы их прощаете, пусть будет по-вашему. Хотя, пока они дойдут до Божьего суда, то не одного еще затопчут ногами, - вздохнула Марина Павловна. - Может позвонить вашей жене и сообщить ей, что вы задерживаетесь?

 - Нет! – коротко ответил он и глубоко вздохнул.

 - Ладно, отдыхайте, - сказала женщина, выключив яркое освещение. Она принесла плед с подушкой, заботливо укрыла доктора. Он вскоре уснул. Марина Павловна выглянула  в окно и увидела, как внизу у песочницы бригада  «скорой помощи» укладывает на носилки двух бандитов.  «Пожалуй, доктор прав, - подумала она, - вряд ли им после этого урока захочется снова получить по фейсу».

 Утром  Марина Павловна увидела, что во дворе все вокруг белым  бело от выпавшего ночью снега. «Вот и зима наступила! Здорово! Новый год и Рождество будут со снегом» – подумала она и тут же вспомнила о докторе. Тихонько на цыпочках, чтобы не разбудить его, она прошла в гостиную. Игорь Николаевич не спал, а просто лежал и о чем-то думал.

 - Доброе утро, доктор! Как ваше самочувствие? – спросила она.

 - Доброе утро! Спасибо! Все нормально, - сказал он, хотя болело все тело, словно из него  отбивную делали. Он просто не хотел огорчать свою бывшую пациентку.

 - Ну, слава Богу! Я рада за вас! Вот вам полотенце, халат и спортивный костюм моего сына, - сказала она, доставая из шкафа вещи, - умывайтесь, и будем завтракать.

 - А это удобно? Может…. я пойду? – смутился доктор.

 - Конечно, удобно… Я живу одна, сын иногда приезжает. Он чуть младше вас, работает архитектором в Москве, так что не стесняйтесь. Мне будет приятно сделать для вас что-нибудь полезное. Я же ваш  должник, доктор! – От этих слов доктор  засмущался, вспомнив свои поборы с больных, скорей взял вещи и удалился в ванную комнату. Марина Павловна улыбнулась и пошла готовить завтрак.

 «Через неделю будет ровно два года, как он меня оперировал, - вспоминала она. – Операцию начинали одни хирурги, а затем  продолжили трое военных хирургов,  в том числе и Игорь Николаевич… - Благодаря ему  я сегодня живу и здравствую, а он еще спрашивает, удобно ли ему находиться в моем доме? – удивлялась она.

 Игорь Николаевич несмело зашел на кухню и прервал ее воспоминания.

 - Присаживайтесь, пожалуйста, - указала Марина Павловна на кресло. – Вам чай или кофе наливать? Я не знаю, что вы любите?

 - Мне кофе, если можно, с молоком, - попросил он.

 - Конечно! Вот кофе в турке, вот молоко в сливочнике, сахар и все остальное. Приятного аппетита!

 - Спасибо! И вам тоже!

 Доктор молча ел, погрузившись в свои думы. Марина Павловна  спросила:

-    Я как-то заезжала к вам в институт,  но мне сказали, что вы там уже не работаете, и никто толком не мог объяснить, куда вы перешли, а спрашивать в отделе кадров было неудобно. Так я вас потеряла на целый год… - Помолчав еще какое-то время, доктор сказал:

 - Я сам себя потерял… Я на пенсии.

 - Шутите, Игорь Николаевич? – не поверила она. - Чтобы вы да не оперировали, такое невозможно… Вы так влюблены в свою профессию!

 - И, тем не менее, это так! – коротко ответил он, глядя на сливочник.

 - Если у нас такие хирурги сидят на пенсии, то кто же нас будет оперировать? Нужно восстановить эту несправедливость! – категорично заявила женщина.

 - Ага, - безнадежно кивнул доктор головой, надкусывая печенье.

 - Да что случилось, Игорь Николаевич? – прямо спросила Марина Павловна. Он долго молчал, опус