Александра Юрьевна Павлова
Как прежде уже не будет 

ТРИ ГОДА СПУСТЯ...


Глава 1

Будь готова к вечеру. Мы идем на прием, - глядя на жену поверх чашки кофе, сказал Денис.

Хорошо, - послушно ответила Соня, не поднимая взгляда от тарелки с завтраком.

Денис досадливо поморщился при звуках холодного отстраненного голоса девушки. И за все три года их брака он никак не мог привыкнуть к нему или добиться другого тона. Они общались только так - холодно. А еще зло, агрессивно и дико. Но никак не хорошо. Прошло уже столько времени, а Соня никак не могла смириться с тем положением, в которое ее поставил он своим шантажом. И она не забывала постоянно выказывать это своим поведением, голосом или взглядом. А он злился, понимая, почему все так. Она все еще любила его брата, которого уже давно считала погибшим. Но даже "мертвый" он не отпускал ее. А Денис терпел. Терпел потому, что ничего иного ему, влюбившемуся в нее как безумный, не оставалось.

Да, он любил. Сильно, безумно и не взаимно. И было лучше так - держать ее рядом против воли, чем остаться без нее совсем. Он не ожидал, что его злость, раздражение и презрение к этой девушке перерастут в подобные чувства. Но факт оставался фактом - он влюбился в свою жену.

Снова раздраженно сморщившись своим мыслям, Денис встал из-за стола.

Я приеду за тобой в девять.

Хорошо, - тем же тоном и находясь все в том же положении, ответила Соня.

Денис бросил на нее последний взгляд и вышел из кухни.

Как только Соня услышала звук закрывшейся входной двери, облегченно вздохнула. В более расслабленном состоянии доела завтрак и, поблагодарив кухарку, ушла наверх - будить Тимура. При мысли о сыне на лице девушки появился едва заметная, но искренняя улыбка. Только ее мальчик и заставлял ее улыбаться. Только ради него она и делала это. Ради него и для него. Других причин радоваться у нее не было - лишь существование в ее жизни Тимы. Все остальное было темным, отвратительным и презренным.

Соня содрогалась при мысли о том, что уже три года она живет в этом аду. По-другому ее жизнь с Денисом назвать было нельзя. Она ненавидела, презирала и испытывала отвращение к этому человеку. И только одно заставляло ее хоть немного гордиться собой - его любовь к ней. Она знала это, видела в его глазах. И тот факт, что она в ответ испытывала лишь отрицание этого чувства, заставлял ее мстительно улыбаться. Хоть так, но она заставляла его страдать. Это, конечно же, не шло в сравнение с теми страданиями, что испытывала сама Соня. И все же.

Девушка легко выбросила из головы все мысли о муже. В последнее время она виртуозно научилась делать это. То же было и с чувствами. Она давно погасила в себе все эмоции и душевные терзания. Научилась загораживаться от окружающих, научилась сдерживать себя и свои ощущения и желания. Это ожесточило ее, закалило характер и нрав. Она уже не была той скромной, забитой девочкой. Стала жесткой, серьезной, безжалостной и категоричной. Цинизм и равнодушие стали ее постоянными спутниками. И только с Тимуром она была похожа на себя прежнюю - ласковая, нежная и безмерно любящая и отдающая свои чувства. Мальчик был единственным лучиком света в ее мрачной жизни. А еще воспоминания. Воспоминания о когда-то любимом человеке. Почему когда-то? Потому что и чувства к нему она выжгла из себя, чтобы они не причиняли ей боли и горечи. Денис составил неверное представление о том, что мешало ей жить нормальной жизнью. Он наивно полагал, что только любовь к другому мешает ей принять его. И она не разуверяла его в этом. Но мешало другое. Ненависть. Она не питала к Денису ни одного доброго или просто спокойного чувства. Только отрицательные эмоции владели ею при мысли о нем, при его присутствии рядом или даже при звуке голоса. И она никак не могла понять, почему же до него не доходит, что никогда, как бы долго он ни ждал, она не ответит на его чувства взаимностью или хотя бы спокойствием. Как не понимал того, что все, что он сотворил и продолжает творить с ней и ее жизнью, мешает развиваться и держаться в ней чему-то хорошему, доброму и светлому? Как не осознавал, что ее воротит от каждого его прикосновения, каждой ласки и поцелуя? Или он наслаждался этим? Ему нравилось мучить ее и причинять ей боль? Такая у него была любовь - больная? Или он просто не понимал своей жестокости, гонимый ревностью и неугасаемой злобой к покойнику? Смешно. Он так был уверен в том, что делает все правильно, что Соня часто мысленно потешалась над ним. Но что может быть правильного в его отношении к ней? Или он думает она мазохиста, и ей доставляет удовольствие все мучения, которым он подвергает ее?

Привет, мой хороший, - расцвела улыбкой Соня, войдя в комнату и найдя сына не спящим в груде игрушек.

Тимур улыбнулся матери и позвал ее к себе поиграть. Девушка присела рядом на пушистый ковер и самозабвенно включилась в игру. И даже не заметила, как из-за двери на нее смотрит муж. Денис вернулся домой за забытыми документами и, проходя мимо спальни Тима, не смог сдержаться и не взглянуть на жену. Только в такие моменты - тайком и украдкой - он мог видеть прежнюю Соню. Он собирал эти кусочки в памяти, чтобы глядя в равнодушные зеленые глаза, представлять себе другой взгляд - любящий, каким она неизменно одаривала только Тимура.

Невесело улыбнувшись, Денис пошел дальше по коридору до своего кабинета, не желая мешать уединению матери и сына. Да, он считал Тимура своим сыном. И любил его как родного. Не думал никогда, что сможет так привязаться к мальчику. А все началось с банальной смены подгузника в младенчестве, когда он впервые увидел улыбку малыша. И это так сильно запало ему в душу, что он просто не заметил, как элементарное умиление переросло в искренние отцовские чувства.

Соня, поначалу видя это, пыталась оттолкнуть его от племянника. Не давала его ему на руки, не оставляла их одних. А потом просто поняла, что это бессмысленно - пытаться не дать Денису стать полноценным отцом. Как она поняла, он не собирался ее отпускать. Не наиграется никогда, как она думала и надеялась прежде. А значит, в любом случае будет рядом с Тимом и заменит ему отца, как бы ей этого не хотелось. И в этом аспекте она не могла придраться к мужу. Он был идеальным отцом, как бы странно это ни звучало. Любил Тима безмерно, был неизменно ласков, заботлив и нежен. Одаривал его вниманием при каждом удобном случае, ни в чем ему не отказывал, заваливал игрушками и прочими вещами. И в этом девушка была спокойна - ее сын не служил Денису напоминание того, кого он так люто ненавидел даже после смерти. Мальчик был точной копией приемного отца, за исключением темных карих глаз Дана. И, возможно, это и стало ключевым моментом в том, что Дэн принял Тимура как родного сына.

Вечером, в девять, Денис заехал за женой, как и обещал утром. Соня была при полном параде, готовая к вечеру в обществе богатых и знаменитых. Такие мероприятия - благотворительные балы, спонсорские приему и прочее, прочее, прочее, стали обыденностью в ее жизни. Денис был процветающим, перспективным бизнесменом, поэтому не было ничего удивительного в том, что он являлся частью богемы и просто обязан был сверкать деньгами и властью. А власти у него было не меньше, чем богатства.

После заключения, а затем и смерти Дана, Денис очень вырос в определенных кругах. И пусть он не был крупным воротилой и дельцом, все же имел стабильную прибыль от теневого бизнеса города и определенные возможности. Он, насколько знала Соня, объединился с главным конкурентом Миронова, который и помог ему посадить брата. Вместе они разделили бизнес и все дела Данияра. Калинин, как и хотел многие годы, добился того, в чем ему отказывал брат. И он упивался этим, впрочем, как и всем, что получал от жизни.

Как только супруги вышли из машины, на лице Сони тут же расцвела наигранная улыбка, которая обязана была присутствовать на ее устах. Она очень хорошо знала правила игры, которые установил Денис и неукоснительно их соблюдала. Сначала было нелегко строить из себя счастливую супругу и выдавливать радостные улыбки. А потом она научилась и привыкла. Она обвила рукой локоть мужа и неизменно следовала за ним, не отходя ни на шаг.

А Денис спокойно общался с друзьями и деловыми партнерами, зная, что Соня идеально сыграет роль любящей супруги. Будет обращать к нему неизменно с улыбкой на лице, в которой только он один будет видеть фальшь. Будет смотреть на него влюбленными глазами, к глубине которых, не прекращаясь, бушевала одна только ненависть.

А еще он будет наслаждаться тем, какое впечатление его жена производит на окружающих ее мужчин. За последние годы Соня повзрослела, став молодой женщиной, красивой, соблазнительной и шикарной. Ее фигура была идеальной и даже больше. Красивое лицо приковывало взгляд, а большие глаза в особенности. И грива шикарных каштановых волос за спиной, струящаяся сейчас по обнаженной платьем спине. Но помимо внешности была в Соне какая-то изюминка, загадка. Возможно, дело было в ее неприступном виде, надменном взгляде и некоторой отстраненности от происходящего. Но все, в общем и целом, заставляло мужчин оборачиваться ей в след, а женщин - завистливо щуриться. И это было тем, что заставляло Дениса гордиться своей роковой красавицей женой.

Сам он так же, по причине молодости, богатства и красоты, не был обделен вниманием. Вот только его это уже давно не волновало. В его сердце и уме была лишь одна женщина. И пусть он не гнушался частых левых связей, ни одна не могла задержать в его голове больше, чем на пару часов, что они проводили в постели. Он не запоминал ни имена, ни лица. Только физическое удовлетворение было главным. Все остальное оставалось в стороне. И это удручало: то, что это самое удовлетворение он мог получить только на стороне, а не в супружеской спальне. Без всякого преувеличения, Соню можно было назвать бревном в постели. Она никак не реагировала на его ласки, поцелуи и попытки расшевелить ее. Казалось, что он занимается сексом с куклой. Она не смотрела на него, отворачивалась и лишь покорно раздвигала ноги, позволяя брать себя. Вначале это бесило, злило и раздражало его. Чего он только не делал, пытаясь добиться от нее ответа на свою близость. Его несдержанность буквально приводила к насилию. В своей ярости он мог даже поднять руку. Но не добивался ничего, лишь еще большего огня презрения в ее глазах. Да и сейчас нельзя было назвать их сексуальные отношения чем-то кроме насилия. Она была холодна и равнодушна, что заставляло его ощущать себя именно насильником. И все же он не мог отказаться от этого. Держать в руках это соблазнительное, шикарное, пусть и бездвижное, тело стало для него зависимостью. Прикасаться к нежной, бархатистой коже руками и губами, ласкать, не прекращая попытки добиться отклика на близость. В этом он находил какое-то извращенное удовольствие. И каждый раз это оставляло осадок на душе. Он не злился и прекратил ее заставлять отвечать себе. Он просто был рядом. Но какое-то чувство гадливости еще долго преследовало его каждый раз после того, как он выходил из ее спальни. Неправильность происходящего напрягала, но отказаться он все же не мог. Даже ради своей любви к ней. Он просто стал приходить к Соне намного реже, лишь когда потребность в ней перебарывала намеки на совесть в его душе.

Как только они сели в машину, Соня тут же убрала с лица улыбку, от которой уже сводило скулы, и тупо уставилась в окно. От вечера не осталось никаких хоть сколько-нибудь приятных впечатлений или воспоминаний. Для нее всегда подобное времяпрепровождение было чем-то вроде сна - он есть, но на утро ничего толком не вспомнишь. В редких случаях было иначе. Только тогда, когда там присутствовала подруга со своим женихом.

Таисия, после известия о смерти Рината и его друзей, была не в лучшем состоянии, чем Соня. Но тогда девушка этого не замечала, поглощенная своим собственным горем и проблемами. Лишь спустя время поняла, что и подруге было не легче. Она так же сильно любила Рината, как Соня Данияра. И долгое время они вместе скорбели над ушедшим временем и близкими им людьми. Постепенно Соня научилась абстрагироваться от этого. Таисия же просто пыталась жить дальше. И вот совсем недавно приняла предложение руки и сердца от человека, который уже давно добивался ее благосклонности. Сергей Абрамов был так же достаточно крупным бизнесменом, при деньгах и положении. Но это прежнюю, взрывную, бесшабашную и не особо моралистичную Тасю привлекли бы его социальное положение и доходы. Сейчас же она просто ориентировалось на то, что ей с ним было хорошо. Просто хорошо, не больше. Потому, как она призналась Соне, она все еще любила Рината. И Сергей об этом знал. И принимал это как данность и приложение к будущей жене. Он искренне любил девушку и просто надеялся, что однажды растопит ее сердце. На это же надеялась и сама Тася. Да и Соня тоже. Она хотела, чтобы ее подруга была счастлива, чтобы хоть ее жизнь сложилась нормально и успешно. И возможно она еще обретет свое счастье.

От размышлений о подруге Соню отвлекла остановившаяся у дома машина. Супруги направились в дом, где каждый пошел в свою сторону. Соня проверить сына, а потом уйти к себе. А Денис в кабинет - заняться делами и выпить, расслабленно радуясь тишине.

Девушка поцеловала спящего Тимура, укрыла его одеялом и вышла из детской, устало вздыхая. Пусть и не делала она ничего сегодня вечером, усталость давила как никогда. Ее всегда изматывали притворство и игра на публику. Ей было проще не скрывать своих истинных скупых чувств и эмоций. Но уйти от этого она не могла. Это была ее обязанность как жены.

У себя в комнате перед зеркалом, Соня снимала с себя дорогие тяжелые украшение и блаженно потирала плечи, когда открылась дверь, и вошел Денис. Молча, Соня наблюдала за его приближением в отражении и даже не попыталась скрыть дрожь, когда он опустил руки на ее плечи и чуть сжал их. Наклонив голову, мужчина коснулся губами обнаженной шеи. По всему ее телу прошли мурашки отвращения и нежелания близости. Но как всегда он не обратил на это внимание, стягивая с нее платье. Что ж, сегодня ей придется потерпеть, отстраненно подумала Соня, когда муж подхватил ее на руки и понес к кровати. Как только он опустил ее на спину, она отвернула лицо в сторону, спокойно лежа под ним и пытаясь не думать о происходящем. Как всегда в такие моменты она пыталась отрешиться от действий Дэна, и очень часто ей удавалось это сделать. Вот и в этот раз она думала о чем-то совершенно постороннем и даже не заметила, как все закончилось. Ее тело никак не отреагировало на близость красивого темпераментного мужчины, что уже стало нормой. И эта норма ее радовала.

Раньше, когда все только начиналось, она отчаянно сопротивлялась Денису, отталкивала и не давалась ему. Он злился, поднимала на нее руку, связывал, удерживал и насиловал, грубо и безжалостно вторгаясь в ее тело, причиняя боль и вырывая из горла крики мольбы и просьбы остановиться. Но даже не это было самым страшным. Ужасней были те моменты, когда он пытался нежностью и страстью расшевелить ее. Тогда она могла часами терпеть его ласки и поцелуи, не имея сил и возможности все это прекратить. И ей было легче стерпеть боль и унижен