Алина Кускова
Сердце на льду


Глава 1
Байк-пати

Конец августа больше походил на позднюю осень. Дул пронизывающий ветер, неся с собой холодные капли дождливой мороси. Серое небо, затянутое тучами, накрывало город мрачной пеленой. Не спасали от предосенней хандры даже яркие, внезапно пожелтевшие листья шиповника. Катя оторвала листочек и покрутила его в руке.

– Ты должен меня понять, Олег. Это не мое желание, так решили родители…

– Никто ничего никому не должен, – хмыкнул довольно привлекательный парень, сидевший на байке, небрежно крутя пальцами ключи зажигания. – И ты им ничего не должна. Можешь остаться в городе и никуда не ехать.

– Я не могу, – призналась Катя. – Не могу, потому что…

– Ты не хочешь, – оборвал ее Олег, прищуривая холодные серые глаза. – Если бы хотела – осталась! Многие девчонки в шестнадцать лет уже живут самостоятельной жизнью, учатся в колледже, как Светка Кудрявцева. Ты бы тоже могла пойти учиться на повара. Хорошая профессия.

– Ты же знаешь, что у меня склонность к языкам, и я…

– Только о себе и думаешь, – отмахнулся Олег, заводя мотор своего черного «болида». – Собирайся! Часов в одиннадцать заеду, отвезу на байк-пати. Тебе понравится, ты же будешь со мной.

– Мне родители не разрешат так поздно…

– Катька! Вот, правда, чего ты так от них зависишь? Посмотри на меня, мне все предки – по фигу. Я живу свободной жизнью, делаю, что хочу. Это ведь моя жизнь? Понимаешь? И это твоя, и ты делай с ней все, что считаешь нужным. Не хочешь уезжать – оставайся. Не хочешь на повара – на маникюршу учись.

Катя грустно посмотрела на желтый листочек и уронила его, проследила взглядом, как он медленно и неуверенно падал на мокрую траву.

– Ты будешь ко мне приезжать? – тихо спросила она.

– Куда? В твой Захребетинск?

– В Клин. Это красивый город, у меня там раньше дядя жил…

– Клин? Это там, где пиво производят?

– Это там, где жил Чайковский. В Клину есть дом, в котором он писал свою гениальную музыку…

– Катька! Ты только представь, сколько до твоего Клина ехать?!

– Полтора часа.

– Полтора часа по Ленинградке?! На байке? Мне все мозги выдует.

– На автобусе приезжай. Или на электричке.

– Ладно, не обещаю. Топай домой, вечером заеду. Спускайся ровно в одиннадцать, я опаздывать не хочу, сегодня гонки классные.

– Я постараюсь…

Катя посмотрела вслед уносящемуся черному вихрю, у нее мелькнула мысль, что при такой скорости Олег мог бы за час домчаться до города, куда ей предстоит уехать. Мог бы, если б захотел. А может, он прав, и нужно захотеть ей остаться?!

Катя постояла возле своего подъезда еще немного после того, как мотоцикл Олега скрылся из вида. Поздоровалась с проходившей мимо соседкой тетей Верой, жившей с ними на одной лестничной площадке. Она знала тетю Веру с детства! Выросла в этом панельном доме, ходила в школу по этой усаженной липами улице и любила свой тихий, уютный микрорайон. И теперь все это вынуждена бросить только из-за того, что…

Впрочем, причина была уважительной, сколько бы Катя себе не твердила, что она здесь ни при чем и родители смогли бы без нее обойтись. Или Женька мог бы сам к ним переехать! Ну почему они должны все бросать и ехать к нему?!

– Потому что у него случилась беда, – серьезно ответила мама, когда Катя, вернувшись домой, с излишней горячностью спросила ее об этом. – Потому что его сейчас нельзя трогать с места, он учится в спецшколе со спортивным уклоном.

– Детско-юношеская школа «Клин спортивный» – это не английская спецшкола, – парировала Катя. – Это я не могу все бросить!

– Да, – холодно согласилась мама. – Тебе нелегко будет все бросать, мы уже говорили об этом. Но ты взрослая девушка и должна понять, что ребенок недавно потерял отца.

– У него еще осталась мать, которая должна о нем заботиться! – выкрикнула Катя и убежала к себе в комнату.

Там она бросилась на постель и уткнулась в подушку. Вот еще и к новой комнате теперь придется привыкать! В Женькиной квартире их всего-то две. В каком углу ей придется ютиться?! Катя всхлипнула, но ожидаемый поток слез отчего-то не хлынул. Она откинулась на спину и принялась рассматривать потолок. Ситуация вырисовывалась безвыходная. Остаться она не могла, ведь родители ее ни за что не оставят одну. И вырывать Женьку из привычной среды, где он чувствует себя комфортно, им не советовал детский психолог после часа общения с ее двоюродным братом и родителями. Катиными родителями! Женька до недавнего времени жил с отцом, мать их бросила, уехала в Израиль или Америку, или сначала в Израиль, а потом уже в Америку… Катя этим не интересовалась. У них в семье вообще было не принято говорить о тете Лене.

Женька все-таки невезучий, подумала Катя. Сначала мать его бросила, а затем отец попал в дорожное происшествие и погиб. Получается, что Женька сирота, хоть и не круглый, но жить ему не с кем. Лето он провел в деревне у бабули под Истрой, теперь вот наступила их очередь с ним нянчиться. Но Катя ему не нянька! Это что же получается? Из-за какого-то двоюродного брата ее личная жизнь катится под откос?!


Они познакомились с Олегом случайно. Этим летом. Катя переходила проезжую часть, когда перед ней, буквально в десяти сантиметрах, резко взревела тормозами «черная стрела» – байк Олега. Он сидел за рулем и улыбался оттого, что напугал девчонку. Катя открыла рот, чтобы высказать ему все то нехорошее, что о нем думает, как внезапно замолчала. Словно обожглась о стальной напряженный взгляд, бросивший ей вызов.

– Садись, – предложил тогда Олег, – домчу.

И Катя села. Издали их разглядывали соседские девчонки из параллельного класса. Она ясно представила, как те обзавидовались.

Месяца еще не прошло, как они встречались, когда вдруг папа объявил такую неприятную новость – им придется переехать в другой город, чтобы не травмировать Женьку. Олег воспринял это в штыки. При каждой их встрече Катя пыталась ему объяснить, что это ненадолго, от силы год, потом она окончит школу и вернется назад, чтобы поступать в университет. Хотя теперь о каком университете может идти речь?! Какие школы в этом Клину? Папа сказал, что вполне приличные. И Кате пришлось ему поверить на слово…

В комнату к ней зашла мама и протянула телефонную трубку.

– Тебя спрашивает Света, Катюш.

– Спасибо, мам.

Катя понимала, что всем сейчас нелегко. Но отчего-то казалось, что именно ей тяжелее всех. И тут еще Светка!

– Че, правда, что ль, Катюх? – неизменно жуя, поинтересовалась ее соседка из крайнего подъезда. – Переезжаешь?

– Да, Свет.

Катя не хотела с ней говорить на эту тему.

– И Олежку отпускаешь? – в голосе Светки послышалась едва скрываемая радость.

– Я его никогда не держала, – повела плечом Катя. – Он свободный человек…

– Свободный? Че, правда?! – явно обрадовалась Кудрявцева. – Тогда не взыщи, подруга.

– В каком смысле? – удивилась Катя.

– В прямом, – хмыкнула Светка. – Он же за тобой в твою Тьмутаракань не поедет?

– Не поедет.

– Ну, а тебе – счастливо отбыть.

– Вот и поговорили, – усмехнулась Катя и отключила трубку.

Они с Кудрявцевой никогда не были дружны. Так, приятельствовали, когда случалось вместе ходить в школу. Потом Катю перевели в другую, и их пути окончательно разошлись. Только осталось Светкино любопытство: с кем Катя, где и почему, и что от этого может обломиться ей. Получалось, что она положила глаз на ее Олега. Впрочем, Олег не частная собственность, у него свое мнение имеется, и он никогда на такую Светку внимания не обратит. Ревность кольнула в сердце. А ведь уже обратил! Только сегодня ей Кудрявцеву в пример ставил! Светка учится в своем колледже на повара. Безусловно, хорошая профессия, но Катя достойна лучшей доли.

Лучшей? И где? В Клину? Жизнь ужасна и несправедлива.

– Катюш, – позвала мама, – иди ужинать! Папа приехал.


Они сидели за столом и пили чай, когда папа наконец-то решил поднять тему о переезде. Его внимательные заботливые глаза остановились на дочери и как-то погрустнели. Они уже не раз говорили о том, что Катя не хочет переезжать, и как-то даже решили на эту тему больше не дискутировать. Сегодня после разговора с Олегом Катя сорвалась.

– На эти выходные я договорился насчет машины. Все необходимое уже упаковано. Катя, ты собралась в дорогу?

Катя пробурчала что-то невнятное. Разумеется, она не собралась! Она специально оставит здесь половину необходимых вещей, чтобы чаще приезжать и видеться с Олегом.

– Вот и хорошо, – подытожила быстрый разговор мама. – Перевозить мебель нам не придется, у Стаса с этим полный порядок…

– Стас был хорошим отцом и замечательным человеком, – угрюмо заметил папа на упоминание о своем погибшем брате. – И я обещал ему заботиться о его сыне.

Катя не стала упрекать отца, что можно было заботиться о племяннике на расстоянии. Пусть бы жил у бабули, там тоже рядом город хороший, а они бы ездили к нему по субботам и воскресеньям. С другой стороны, она взрослая девушка, и у нее есть свое мнение.

– Я хочу перейти в колледж, – внезапно заявила она. – Хочу научиться щи варить.

Папа грустно улыбнулся, а мама закатила глаза к потолку, показывая, насколько она не верит в эту дочкину блажь.

– Вот и поговорили, – с этими словами Катя вышла из-за стола.

Если ей не хватило мужества или чего-то другого отстоять свое право выбора места жительства, то уж на байк-пати она точно пойдет! И никакие предки ее не остановят. Катя села за компьютерный стол и включила ноутбук, чтобы полюбоваться в «Одноклассниках» новыми фотографиями Олега с его неизменным средством передвижения. Там девушку ждало сообщение с одним словом: «перезвони».

Что-то случилось, испугалась она, и достала мобильный телефон.

– Катька, ты! – Олег явно обрадовался. – Слушай, тут такая засада, я сегодня приехать за тобой не смогу! Прикинь, я уже ехал к тебе, как позвонил Серый. Его забрали в полицию. Он летел, как его подрезал какой-то чайник на «Опеле». Ладно еще вовремя нажал на тормоза, все живы остались! Но завалил байк на бок, стер слайдеры, поворотники сломал вместе с ножкой и лапкой переключения скоростей. Короче, Серый не на ходу! Страховка все это не тянет, у него ее вообще нет. Еще придется сбрасываться. Да и права, скорее всего, отберут. На него подножку «Опеля» повесят. Мы тут в полиции тусуемся, Серый протоколы какие-то подписывает. Ты слышишь,