Алла Осипова
Отель «Рай»

…И тут я увидела бога. Если, конечно, существует бог плавания. Его могли бы звать Акваронептуниус или как-то в этом роде.

Мой сын, десятилетний Ваня, удивленно присвистнул и пихнул меня локтем в бок:

— Мам, гляди, как мужик плавает…

— Да, здорово… Наверное, профессиональный спортсмен. Ты хотел бы научиться так плавать? — спросила я, не отрывая глаз от пловца, мощными гребками рассекающего аквамариновую воду бассейна.

— Конечно хотел бы… Bay! Супер! — воскликнул Ваня.

Было совсем рано, и на площадке рядом с бассейном находились только мы втроем, не считая бармена-турка в открытом баре, тщательно протирающего стаканы, и нескольких рабочих в комбинезонах, тихонько ползающих между кустами, убирая какие-то крошечные листочки и травинки с пышных газонов.

Мы с сыном сидели в шезлонгах, лениво потягивая свежевыжатые соки из причудливо украшенных стаканов, и любовались сильными, ритмичными движениями незнакомого мужчины.

Утреннее солнце, ласкаясь, нежило кожу. Было совсем тихо, только вдалеке утробно ухала какая-то южная птица и раздавались всплески воды. Воздух был пропитан сладким ароматом южных цветов, в изобилии красовавшихся на газонах вокруг бассейна.

…В этот шикарный, только что открывшийся ультра-олл-инклюзив отель «Рай» мы приехали довольно большой компанией пару дней назад и до сих пор не могли привыкнуть к великолепному сервису и грандиозной роскоши. Это был настоящий рай! Турки превзошли самих себя. Люди у нас в компании были не самыми последними в этой жизни, поездили, повидали уж такие курорты, и те ходили два дня охая и ахая. Даже наше прибытие в аэропорт оформилось в превосходное мероприятие. У трапа нас встретила принимающая сторона с цветами, прохладительными напитками и собственным таможенником, который избавил от толчеи в аэропорту и прохождения утомительных процедур внутри гудящего как улей огромного аэропорта Анталии.

Красавец менеджер проводил нас в суперсовременный автобус, который был словно космический корабль из фантастического рассказа. Устроившись в мягких креслах бирюзового цвета и включив кондиционеры и специальные мелкодисперсные оросители для увлажнения кожи, наша элитная компания была готова вкушать плоды извращенно-роскошного турецкого гостеприимства. Мой сын Ваня сидел с вытаращенными от удивления глазами, утонув в бархатном кресле, снабженном вышитыми шелковыми подголовниками, и не успевал ахать от восхищения. На самом деле мы не ожидали такого сервиса. Это было слишком!

Затемненный автобус мягко тронулся с места под звуки нежной флейты, и за кабиной водителя зажегся плоский плазменный экран, на котором замелькали яркие кадры отеля и фрагменты грядущей праздничной жизни, ожидающей нас там. Сияя белозубой улыбкой, микрофон взял менеджер Саид и обратился к нам на прекрасном русском языке:

— Еще раз сердечно приветствуем вас в отеле «Рай»! Нам повезло, что вы едете к нам в отель, и смею заметить, вам тоже повезло! Название отеля полностью соответствует истине! Заметьте, в этом отеле вы получите сервис на самом высшем, супервысшем уровне, но также сбудутся ваши самые смелые мечты! Не удивляйтесь! Наши гости и через год после посещения отеля присылают восторженные письма, сообщая, что сбылись их самые смелые ожидания! Будьте любезны, прямо сейчас на предложенных вам блокнотах напишите несколько, не более трех, пожеланий, пожалуйста, в двух экземплярах. Один экземпляр останется у вас, а второй мы спрячем в специальный конверт, при вас опечатаем и уберем в сейф. Они будут храниться под вашим индивидуальным номером, через год мы пошлем вам письмо, а вы ответите нам — исполнились ли ваши желания. Если кто-то не хочет выполнять эту часть нашей программы, может отказаться и просто отдохнуть во время пути. Еще раз добро пожаловать!

С обворожительной улыбкой красивая турчанка раздала нам ручки с логотипом «Рай» и какую-то особую, тонкую розовую бумагу вместе с двумя золотистыми конвертами.

«Вот это фокусы… Бред какой-то. Ну ладно, у меня вполне земные желания, почему бы не чиркнуть пару фраз для развлечения?» — решила я и записала элегантной ручкой на розовой бумаге:

«Хочу:

1. Выйти замуж за любимого человека.

2. Родить второго ребеночка (здоровенького!).

3. Жить в своем доме, на природе».

Все это, кстати, уже начало осуществляться, ведь путевку нам с Ваней оплатил мой жених Алексей, чтобы я набралась здоровья перед тем, как рожать ребенка. И наш с ним будущий дом уже вовсю отделывали мастеровитые югославы. Сам Алеша, к сожалению, поехать не смог: состояние его тяжелобольной матери за последнюю неделю ухудшилось, и он побоялся ее оставить. Я же не хотела покидать его в тяжелую минуту, но он уговорил меня поехать с компанией наших друзей. Вернее, его друзей, но за время нашего четырехлетнего знакомства ставших и моими друзьями тоже.

Из любопытства я заглянула в Ванину бумагу и почти заплакала от умиления. Он написал: «1. Хочу, чтобы моя мама стала счастливой. 2. Хочу нового доброго отца. 3. Хочу мобильник с камерой».

Я постаралась успокоиться и сделала вид, что ничего не видела и все это — простая шутка, обычное формальное гостеприимство турок. Мы уже подъезжали к отелю, где нас с поклонами, цветами и приветственным коктейлем и шампанским встречали красивые юноши и девушки, одетые в национальные костюмы. Потом последовала обычная процедура размещения, и мы с Ваней очутились в одном из роскошных бунгало, по соседству с несколькими дополнительными бассейнами.

…Мы все долго не могли прийти в себя от окружающей нас роскоши.


Увиденное превзошло самые радужные ожидания. Прежде всего, это, конечно, чистое море и комфортабельный пляж с белоснежным мелким песком, только такой и должен быть в настоящем раю. Песок — это же, по сути, кварцит, кварц, и все кристаллы кварца на земле являются осколками первоначального кристалла Истины, который Геркулес уронил с горы Олимп. Поэтому такие кристаллы никогда не лгут тем, кто с ними советуется…

Морской пляж отделяла от территории отеля довольно широкая, чистая река, в которой водилась специально выращенная рыба. По реке можно было кататься на лодках и рыбачить — любимое хобби россиян после выпивки и футбола.

На территории отеля имелось множество бассейнов на самый разный вкус — уединенные небольшие, огромные затененные, открытые, закрытые, со спортивными дорожками, изысканные, с античными мозаичными картинками на дне, с искусственным приливом, имитирующие море, с голубым, фиолетовым и черным дном — словом, любые…

Были отличные номера, уставленные модной мебелью, укомплектованные сверх меры белоснежными полотенцами, тапочками и халатами самого лучшего качества, и изобильный шведский стол, и рестораны китайской, мексиканской, итальянской, японской и русской кухни. В тенистом лесу затерялись теннисные корты, игровые площадки и живописные гамаки для дневного отдыха. А сервис!.. О! Все официанты и горничные как на подбор: молодые, стройные, красивые, сияющие улыбками, быстрые и как один говорили по-русски. Все было слишком хорошо, просто через край.

Мы к такому не привыкли.

Мужчины от смущения начали валять дурака. Вчера вечером пошли в нижний бар. Бармен Али встретил нас белозубой улыбкой, обращался к нам исключительно на русском языке, пересыпая речь недавно заученными пословицами и поговорками, дозированно чередуя их ненавязчивыми комплиментами. Василий развалился в кресле и стал жалобно канючить:

— Я в Москве привык на ночь пить ряженку, пару стаканчиков. Вот здесь все хорошо: коньяк французский любой, вина, коктейли… А ряженки нет! — Вася обратил свой делано печальный взор к бармену. — Али, что делать? Ряженку хочу! Нет, это не йогурт. Это совсем другое. Ря-жен-ка. Хочу, и все тут! Ведь не засну без нее. Что за отдых без ряженки?

Али внимательно посмотрел на расшалившегося великовозрастного капризулю и, пару раз взмахнув длиннющими ресницами, невозмутимо наполнил два огромных стакана ликером «Бейлис» и подал их на небольшом зеркальном подносе.

— Надеюсь, это может заменить ря-жен-ку, а завтра мы доставим ее из Москвы, специально для вас, — с почтительным поклоном заверил Али.

Вася торжественно обвел взглядом присутствующих и залпом опустошил стакан. Мы все одновременно прыснули со смеху. На его губах осталась белая пена, как будто он действительно пил ряженку. Тут вбежал перевозбужденный Ленчик и вальяжно раскинулся за столом, широко расставив худые, не тронутые загаром ноги.

— Ну, можете радоваться! — отрапортовал он, отдышавшись. — Нашел я у них недочет наконец-то! Два дня назад сдал свои фирменные трусы в прачечную, а они их до сих пор не вернули. Говорят — потеряли. Ага! Только сейчас оттуда, ходил скандалил, возмущался. Трусы фирменные, боксеры из французского бутика, не их турецкий ширпотреб. Мои любимые трусы! Обещали или найти, или компенсировать. Так оправдывались!.. Теперь я успокоился: мы — не в раю! Менеджер просил меня обязательно записывать все недостатки, чтобы они немедленно их устранили. Будем искать!

Ленчик выглядел курьезно с обгоревшей до красноты лысинкой и худой интеллигентской шеей. В цветастых длинных шортах он напоминал пестренького бойцового петуха.

— Я уверена, что у них в прачечной работает турчанка-фетишистка. Заиграла твои трусы, ведь ты у нас известный сердцеед, наверное, кокетничал с какой-нибудь одалиской из прачечной, — съязвила Лена, потягивая кампари.

Лена — это жена Васи, любителя ряженки. Они приехала с двоими детьми, Антошкой и Алиной. Ленчик приехал вместе с женой Ириной и дочкой Светочкой. Светочке пятнадцать лет, поэтому пришлось прихватить еще и бойфренда Глеба вместе с его очаровательной бабушкой — истинной шестидесятницей. И мы вдвоем с Ваней. Таким образом, наша компания состояла из одиннадцати человек.

…Мой Алеша — партнер Васи по бизнесу, он дружит с незапамятных времен с ним и его женой, поэтому я нахожусь под присмотром и нежной опекой этой семьи. Моей основной задачей на отдыхе было набраться здоровья, съесть как можно больше фруктов, усвоить на солнце витамин D, так необходимый для развития нашего будущего ребеночка. Как только мы с Алешей заделаем его, сразу же поженимся и переедем в наш новый, строящийся на самом берегу Клязьминского водохранилища дом. Алеша — типичный городской житель, урбанист. А мне кажется, что самое главное — это природа, деревья, дети, животные… У моих родителей есть крошечный домик на шести сотках. Когда я приезжаю к ним, за сто километров от Москвы, мне совершенно не хочется возвращаться. Так бы и сажала сутками цветы, полола бы и поливала. Мне очень нравится возиться в земле, но нужно быть очень осторожной и беречь руки. Все-таки я как-никак врач-травматолог, причем оперирующий, поэтому руки — мой рабочий инструмент. Но как же было бы хорошо жить нам всем вместе на природе!

Я так долго уговаривала Алешу построить дом, обрабатывала, убеждала и умоляла, подсовывала всякие красивые проспекты и журналы с домами и садами. Он упирался, отнекивался, наверное, побаивался. Все-таки дом — это ответственность, решение. Капиталовложения, наконец.

А я продолжала мечтать, визуализировать, строить в своем сознании прекрасный дом, окруженный радостным садом, рядом с лесом и рекой. Мои мечты были так отчетливы, что я иногда слышала, как гудят шмели над цветущими розами, чувствовала запахи скошенной травы…

Наконец Алеша решился.

Но один ввязываться в строительство Алексей никогда бы не отважился, поэтому ему пришлось увлечь моей мечтой двух своих партнеров по бизнесу. Мы очень долго искали подходящий участок, я изъездила почти все Подмосковье, обзвонила сотни фирм и риелторов. Наконец три владельца фирмы за сравнительно небольшую взятку администрации купили шикарный кусок земли практически на берегу Клязьминского водохранилища, в чудесной дубовой роще. Мы все вместе уже год строим три дома на участке в сто соток. Конечно, наши с Алешей вкусы не очень совпадают, дом получается больше такой, как он хочет… Ну что ж! Главное, чтобы нам потом было там хорошо, я постараюсь свить самое уютное и милое гнездышко, это я умею, как никто другой!

Так что мечты сбываются! Моя мечта о нашем счастливом доме была так сильна, что вовлекла в свой круговорот