Анастасия Соловьева Сейчас и больше никогда

Всему свое время, и время всякой вещи под небом: время рождаться и время умирать; время насаждать и время вырывать посаженное; время убивать и время врачевать; время разрушать и время строить; время плакать и время смеяться; время сетовать и время плясать; время разбрасывать камни и время собирать их; время обнимать и время уклоняться от объятий; время искать и время терять; время сберегать и время тратить; время раздирать и время сшивать; время молчать и время говорить; время любить и время ненавидеть; время войне и время миру… Потому что для всякой вещи есть свое время и устав.

Книга Екклесиаста, 3: 8

Пролог

                          УКАЗ № 1575

           Президента Российской Федерации

           Бориса Николаевича Ельцина

«О введении чрезвычайного положения в городе Москве»


«…ПОСТАНОВЛЯЮ:

1. Ввести в соответствии со статьями 3, 4, 6 и 9 Закона Российской Федерации «О чрезвычайном положении» в городе Москве с 16 часов 00 минут 3 октября 1993 года чрезвычайное положение до 16 часов 00 минут 10 октября 1993 года.

2. Совету Министров – Правительству Российской Федерации (В. С. Черномырдину), Министерству внутренних дел Российской Федерации (В. Ф. Ерину), Министерству безопасности Российской Федерации (Н.М. Голушко), Министерству обороны Российской Федерации (П. С. Грачеву), Правительству Москвы (Ю.М. Лужкову) принимать все меры, необходимые для обеспечения режима чрезвычайного положения и скорейшей нормализации обстановки, восстановления правопорядка и ликвидации угрозы безопасности граждан. С этой целью могут устанавливаться меры, предусмотренные статьями 22, 23, 24 Закона Российской Федерации «О чрезвычайном положении».

3. Министерству иностранных дел Российской Федерации (А.В. Козыреву) информировать другие государства и Генерального секретаря Организации Объединенных Наций о причинах и обстоятельствах введения чрезвычайного положения, а также о том, что Российская Федерация в соответствии с п. 1 ст. 4 Международного пакта о гражданских и политических правах использует право отступления от обязательств по Пакту лишь в такой степени, в какой требуется остротой положения.

4. Указ вступает в силу с момента его подписания.

Президент Российской Федерации Б. Ельцин
Москва, Кремль,
3 октября 1993 года, 16.00 ч. № 1575».

«…На Октябрьской площади бушевал настоящий котел с разноцветными пятнами транспарантов, стягов, блеском милицейских щитов и касок. Более трехсот тысяч москвичей ожидали начала митинга, назначенного на два часа дня.

Но в 14.00 отряды милиции, стоявшие до этого в беспорядке, сомкнулись, огородив щитами площадь со стороны улицы Димитрова, Ленинского проспекта и Садового кольца, а неожиданно появившиеся в большом количестве омоновцы со стороны Житной стали вытеснять «котел» в сторону Крымского моста, сгоняя людей с парапетов и от самого памятника.

Кто-то из организаторов через мегафон пытался начать митинг, но его заглушала гаишная машина, призывавшая «незаконное собрание» расходиться. Новые группы митингующих уже не могли пробиться из метро к зажатым на площади людям и были вынуждены уходить во дворы жилых домов.

Однако именно здесь начинаются странности. Со стороны Ленинского проспекта примерно в 14.10 появилась стройная колонна демонстрантов во главе с депутатом Ильей Константиновым. Колонна беспрепятственно достигла середины Октябрьской площади. И в этот момент многочисленные милицейские оцепления словно растаяли, рассыпались.

На какое-то время показалось, что вот-вот начнется запланированный митинг. Однако дальше произошло следующее. Образовавшееся в центре площади плотное людское ядро неожиданно двинулось на Садовое кольцо, в направлении Крымского моста.

Раздались недоуменные возгласы: «Вы куда?.. Митинг назначен здесь, на Октябрьской?!» Но с Садового кольца уже неслись призывы: «Вперед – к Белому дому!..»

Митинг перерос в демонстрацию. Голова шествия поравнялась с ЦПКиО имени Горького, а на Садовом кольце бушевало море людей со знаменами и транспарантами, певших революционные песни и скандировавших: «Руцкой – президент», «Вся власть – Советам». И новые призывы – идти всем вместе до Белого дома и проводить митинг там.

14.30. На Крымском мосту через Москву-реку стоял ОМОН. При приближении демонстрантов мост ощетинился. Колонна остановилась в ста метрах. Чтобы избежать столкновения, на переговоры с ОМОНом отправилась группа во главе с православным священником, но щиты не разошлись. Тогда под песню «Варяг» колонна угрюмо двинулась на заграждение. История научила: оружие демонстрантов – камни. Демонстранты добывали их, выковыривая асфальт из трещин на дорожном покрытии моста. Но добытого хватило только на первый бросок. Началась драка, скрежет щитов, удары дубинок, матерные крики, первая кровь. За несколько минут ОМОН был практически смят.

Отобранные щиты и дубинки полетели с моста в реку. Но послышались крики: «Вооружаться! Неизвестно, что ожидает впереди!» Многочисленные журналисты с камерами снимали эти эпизоды.

Около метро «Парк культуры» на Садовом кольце стояли троллейбусы, военные грузовики, ОМОН. Тут уже началась стрельба газовыми патронами и гранатами, мост затянуло слезоточивым газом. Прорвавшиеся сквозь заслон демонстранты побежали через Крымский мост».


Из справки ГУКВВ МВД РФ за 3 октября 1993 года:

«14.35. Старшим оперативным начальником принято решение направить на Зубовскую площадь резерв (300 военнослужащих), войсковой наряд (50 военнослужащих) с милицейским нарядом.

14.50. На Зубовской площади появилось войсковое заграждение, которое продержалось 5 – 7 минут и было смято восставшими. Из 12 автомашин 10 захватили участники демонстрации. Оставшийся личный состав прибыл в ВПК своей части. Остальных толпа разметала по Садовому кольцу.

14.55. Принято решение выдвинуть резерв (300 военнослужащих) от 11-го отделения милиции на Зубовскую через Смоленскую площадь.

15.00. Войсковые наряды получили команду усилить войсковые цепочки и выставить сто процентов личного состава. Сотрудники милиции покинули заслон на улице Новый Арбат.

15.05. Резерв (300 человек) заблокирован на Смоленской площади».


«Колонна растянулась, демонстранты старались быстрее преодолеть мост, прижимаясь к парапетам. Солдаты запрыгивали в ревущие машины и, оставляя свои автобусы и грузовики, уезжали дальше по Садовому кольцу в сторону Смоленской площади.

Авангард колонны – около тысячи бегущих людей – вооружались по дороге камнями и дубинами, выламывая скамьи из омоновских машин, прихватывая в местах дорожных работ все, что могло сгодиться во время столкновения. Из боковых переулков колонна пополнялась новыми людьми. Небывалое для Москвы число демонстрантов покрыло все пространство от Зубовской площади до моста и целиком Крымский мост. Все демонстранты теперь уже не шли, а скорее бежали вперед. Один отбитый военный грузовик кому-то удалось завести, и со знаменем на крыше он возглавил колонну…»

www.pms.ortodoxy.ru/
И. Иванов Хроника государственного переворота (Записки разведчика)

Часть первая

Глава 1

Испокон века русские революции происходили в столицах, и при всей их кажущейся массовости задним числом всегда выяснялось, что восставших вовсе не так и много. И даже наоборот: «Узок был их круг, страшно далеки они от народа…»

«Это не какой-нибудь дилетант подметил, – вспомнила Саша. – Самый что ни на есть настоящий революционер. Дальше там у него что-то про бурю и про движение масс…

Хотя ведь в последние годы благодаря перестройке стало известно: Октябрьскую революцию, называемую теперь пренебрежительно «переворотом», совершил незначительный по количеству отряд верных большевикам рабочих, солдат и матросов. Собственно, весь переворот заключался в аресте Временного правительства. Но потом об этом узнали на окраинах и последовали примеру столицы… Вот и сегодня: если что-то и произойдет, то непременно в центре, у Белого дома, на Арбате или у Бородинского моста… А до платформы Окружная события докатятся значительно позже. Здесь пока еще скука, застой».

И, чтобы утвердиться в правоте этих мыслей, Саша поднялась с дивана и посмотрела в окно номера. Окна гостиницы «Заря» выходили на невысокий, но бесконечно длинный бетонный забор, из которого местами торчала ржавая арматура. Между забором и гостиницей располагалась ухабистая площадь, служившая разворотной площадкой автобусам. Они специально сворачивали с Дмитровского шоссе, чтобы захватить пассажиров Савеловской железной дороги, выходивших из электрички на платформе Окружная, и доставить в их родные спальные районы Алтуфьево, Коровино, Лианозово… Саше ничего не говорили эти названия, годы ее детства прошли в абсолютно другой Москве.

Сашину Москву знают все: Сретенка, Чистопрудный, Цветной, Рождественский бульвары, Подколокольный, Кривоколенный и прочие переулки…

В детстве платформу Окружная Саша видела несколько раз из вагона, когда они с мамой ездили в гости к ее подругам: в Лобню к Юлии Арсеньевне или в Новодачную – к Жанне Григорьевне. Заметив краснокирпичный мрачный массив – гостиничный комплекс «Заря», маленькая Саша испуганно жалась к матери. В те годы ареалом ее обитания были кварталы старой Москвы. Школы, обычная и музыкальная, музеи, театры, любимая кондитерская, магазин «Детский мир» – все это локализовалось в пределах нескольких, с рождения известных ей улиц. Все там было понятно, знакомо. И жизнь катилась неспешно и казалась милой, уютной…

После школы Саша готовилась поступать в музыкальное училище. Скрипачкой стать собиралась, но в последнем классе вдруг передумала. Скрипка, скрипка и ничего, кроме скрипки? Захотелось чего-то новенького.

В итоге долгих раздумий и метаний Саша избрала поприще театрального критика. Хорошая работа. И музыкальное образование пригодится – не зря, выходит, она девять из семнадцати прожитых на свете лет на скрипке отпиликала… Но, кроме музыки, в ее жизни будет еще и театр: красивые декорации, искрометные диалоги, актеры – талантливые и не очень. Она как на работу станет ходить на спектакли. Сидеть на премьерах в партере, потом писать – долго и мучительно-сладко. Саша и раньше, возвращаясь из театра, испытывала это мучительно-сладкое состояние невыс