Анита Лус Джентльмены предпочитают блондинок


Анонс

Популярность Аниты Лус (1891 – 1981) в Америке была невероятной. Две ее небольшие книжки "Джентльмены предпочитают блондинок" и "Но женятся джентльмены на брюнетках" выходили в США огромными тиражами и многокрано переиздавались. Долгому успеху книг способствовал и известный голливудский фильм с одноименным названием с Мэрилин Монро в главной роли.

Последовательницы легкомысленной героини этой веселой книги с многозначительным подзаголовком "Дневник профессиональной леди" живут и процветают и сегодня.

Девушки, в атаку! Берегитесь, мужчины!

Глава 1

16 марта

Вчера я ужинала в «Ритце» с одним джентльменом, и он сказал, что если бы я записывала все свои мысли на бумагу, получилась бы настоящая книга. Я едва не расхохоталась – да не книга бы получилась, а целая энциклопедия! Собственно говоря, я только и делаю, что обо всем размышляю. Это вообще мое любимое занятие, я иногда часами сижу и все думаю, думаю, думаю. Так вот, этот джентльмен сказал, что если у девушки есть мозги, ей непременно надо их использовать. А еще сказал, что уж он-то умеет отличать по-настоящему умных людей, потому что он сенатор и часто бывает в Вашингтоне и, как встретит человека с хорошими мозгами, всегда его примечает. На этом бы все и кончилось, но сегодня утром он прислал мне книгу. Моя горничная ее приносит, а я и говорю: «Ой, Лулу, опять книга! А мы еще и тех, что у нас есть, не прочли». Но тут я ее открыла и увидела – страницы-то чистые. И я вспомнила, о чем мне говорил этот джентльмен, и поняла, что это – дневник. Так что теперь я не читаю книгу, а сама ее пишу.

Сегодня уже 16 марта. Конечно, дневник надо начинать с января, но уж столько времени прошло, да это и неважно, потому что мой друг мистер Эйсман провел в городе почти весь январь и февраль, а когда он здесь, один день мало чем отличается от другого.

Собственно говоря, мистер Эйсман занимается оптовой торговлей пуговицами в Чикаго, его все Чикаго так и называет – Гас Эйсман, Пуговичный Король. Ему очень нравится расширять мой кругозор, и он всякий раз, когда приезжает в Нью-Йорк, очень интересуется тем, что нового я узнала, пока его не было. Но уж если мистер Эйсман в Нью-Йорке, мы занимаемся все время одним и тем же, и мне достаточно описать в дневнике один день, а остальные похожи на него как две капли воды. Собственно говоря, ужинаем мы всегда в «Колони», потом смотрим шоу и едем в «Трокадеро», а потом мистер Эйсман провожает меня домой. Конечно же, если джентльмену нравится расширять кругозор девушки, он любит посидеть у нее и поговорить о событиях прошедшего дня и уходит очень поздно, поэтому назавтра я чувствую себя совершенно разбитой и встаю, только когда уже пора одеваться и ехать в «Колони».

Вот будет забавно, если из меня действительно получится писательница. Собственно говоря, дома в Литтл-Роке, штат Арканзас, вся родня мечтала, чтобы я посвятила себя музыке. Все мои друзья говорили, что у меня талант, и все приставали ко мне, чтобы я занималась. Но мне почему-то никогда это не нравилось. Не могла же я часами заниматься музыкой ради какой-то там карьеры! И в один прекрасный день я просто вышла из себя, зашвырнула мандолину в угол и больше никогда к ней не прикасалась. Совсем другое дело – быть писательницей, это так увлекательно, потому что не надо ничему учиться, не надо целыми днями репетировать, а ведь это кого угодно выведет из себя. Вот удивительно – я только сейчас заметила, что исписала два листа, до 18 марта, так что на сегодня и завтра хватит. Вот какая я увлекающаяся натура – если уж за что возьмусь, меня не остановишь.


19 марта

Вчера вечером позвонила Дороти и сказала, что в вестибюле «Ритца» с ней познакомился один джентльмен. Он ее пригласил на ланч, а потом на чай и ужин, а после они поехали на шоу и в «Трокадеро». Так вот, Дороти сказала, что зовут его лорд Куксли, а она его называет Куку. А еще сказала, поехали со мной и Куку вечером на «Шалуний»

и Гаса бери с собой. Тут мы с Дороти немножко поссорились, потому что Дороти всякий раз, когда говорит о мистере Эйсмане, называет его по имени и никак не хочет понять, что когда такой важный джентльмен, как мистер Эйсман, тратит столько денег на расширение кругозора девушки, очень непочтительно называть его просто по имени. Мне, например, и в голову не придет называть мистера Эйсмана по имени, и уж если я хочу к нему обратиться, то зову его «папулей», а на людях даже «папуля» не говорю. Поэтому я Дороти сказала, что мистер Эйсман будет в Нью-Йорке только послезавтра. Ну вот, а потом Дороти и Куку за мной заехали, и мы отправились на «Шалуний».

А сегодня утром позвонил Куку и пригласил меня на ланч в «Ритц». Эти иностранцы такие воображалы! Этот Куку решил, раз он англичанин да к тому же лорд, девушка будет тратить на него свое время ради какого-то ланча в «Ритце». Он только и знает, что говорить про какую-то там экспозицию, в которую он отправился, когда был в каком-то там Тибете. Я его слушала несколько часов, пока не поняла, что там, кроме кучи китайцев, никого не было. Так что я очень рада буду повидать мистера Эйсмана. С ним-то, по крайней мере, всегда интересно – вот, например, когда он приезжал в прошлый раз, он подарил мне очень симпатичный браслетик с изумрудами. Тем более что на следующей неделе у меня день рождения, а на праздники у него всегда припасен для меня какой-нибудь сюрприз.

Сегодня мы с Дороти как раз собирались сходить на ланч в «Ритц», но тут возник Куку и, конечно же, все испортил. Пришлось менять наши планы и сказать ему, что я не могу пойти с ним на ланч, потому что мой брат приехал в Нью-Йорк по делам и заболел свинкой, и я никак не могу оставить его одного. Если бы я все-таки пошла в «Ритц», то обязательно бы нарвалась на Куку. Я порой сама поражаюсь своей фантазии – у меня, конечно же, нет никакого брата, а про свинку я сто лет не вспоминала. В общем, ничего удивительного, что у меня так складно получается писать дневник.

А на ланч в «Ритц» я собиралась потому, что в «Ритце» живет мистер Чаплин, а я люблю поддерживать старые знакомства. С мистером Чаплином я однажды виделась – мы с ним работали в Голливуде на одной площадке, и я уверена, он бы меня непременно узнал По-моему, джентльмены красивых блондинок никогда не забывают. Собственно говоря, я бы хотела стать если не писательницей, так кинозвездой, и у меня неплохо шли дела в кинематографе, но из-за мистера Эйсмана я все бросила. Конечно, когда джентльмен так желает помочь девушке расширить кругозор, девушке следует показать, что она это ценит, а мистер Эйсман категорически против того, чтобы девушки снимались в кино, потому что у него мать отродоксальная.


20 марта

Завтра приезжает мистер Эйсман, как раз к моему дню рождения. И я решила, что неплохо было бы до его приезда хотя бы разок как следует развлечься, поэтому вчера вечером я пригласила к себе нескольких джентльменов из литературных кругов: мистер Эйсман любит, когда я общаюсь с литераторами. Дело в том, что ему нравится, когда девушки развивают свои умственные способности, и меня он ценит прежде всего за то, что я всегда стремлюсь развивать свои способности и попусту время не трачу И еще мистеру Эйсману хочется, чтобы у меня был, как его называют французы, «салон» – это когда люди вечерами собираются вместе и развивают свои умственные способности Так что я пригласила всех самых умных джентльменов, каких только знала. А знала я профессора всяческих экономик из Колумбийского университета, знаменитого издателя «Нью-Йорк Транскрипт» и еще одного джентльмена – он знаменитый драматург, написал несколько очень-очень известных пьес, в которых все про Жизнь. Его фамилию всякий знает, только я ее вечно забываю, потому что мы, его настоящие друзья, зовем его просто Сэмом. Сэм попросил разрешения привести с собой одного джентльмена, он из Англии, пишет романы, и я сказала, да, конечно. Я позвала Глорию и Дороти, а джентльмены принесли выпивку с собой. Ну, конечно же, сегодня утром все было в полной разрухе, и мы с Лулу трудились, как те собаки, чтобы все убрать, но когда нам починят люстру, одному богу известно.


22 марта

Ну вот, мой день рождения прошел, но была такая тоска. Мне кажется, что такой джентльмен, как Гас Эйсман, если уж действительно хотел бы помогать девушке расширять свой кругозор, то уж постарался бы, чтобы у нее был самый большой в Нью-Йорке бриллиант. Собственно говоря, вынуждена признаться, что когда он принес мне какую-то безделицу, которую без лупы и не разглядишь, я была крайне разочарована. Так что я ему сказала: спасибо, как мило, но у меня ужасно болит голова и хочется мне только одного – весь день провести в постели, а еще я сказала, что встречусь с ним, возможно, завтра. Даже Лулу сказала, что вещица совсем маленькая и что на моем месте она пошла бы на решительные действия, ведь недаром говорят: «Расставайся с ними, пока еще молода и прекрасна». Но к ужину мистер Эйсман явился снова и принес очень красивый браслетик с вполне приличными бриллиантами, и мне сразу стало гораздо лучше. Так что мы поехали на ужин в «Колони», а потом, как всегда, на шоу и в «Трокадеро». Надо отдать ему должное – он сам понял, какой маленький был подарок. Он все рассказывал, как плохо идут дела и сколько в пуговичном бизнесе появилось большевиков, от которых одни только неприятности. Мистер Эйсман действительно считает, что наша страна под угрозой большевизма, и меня это очень беспокоит. Если большевики действительно придут, с ними справится только один джентльмен – мистер Д.У. Гриффит. Никогда не забуду, как мистер Гриффит снимал «Нетерпимость». Собственно говоря, это был мой последний фильм, потом мистер Эйсман заставил меня оставить кинематографическую карьеру, а я там играла одну из девушек, которые теряют сознание, когда мужчины падают с башни. Когда я смотрела, как мистер Гриффит управляется со всеми этими толпами в «Нетерпимости», я поняла, что он может всё, и я серьезно считаю, что американское правительство должно просить мистера Гриффита быть наготове – на случай, если большевики решат выступить.

Совсем забыла написать о том, что тот английский джентльмен, который пишет романы, когда узнал о моих литературных талантах, весьма мной заинтересовался. Собственно говоря, он каждый день звонит, и я уже дважды ходила с ним на чай. На день рождения он прислал мне целое собрание книг какого-то мистера Конрада. Похоже, все они о морских путешествиях, впрочем, читать их у меня времени не было, я их только просмотрела. Мне очень нравятся романы про морские путешествия с тех самых пор, как я позировала мистеру Кристи для обложки морского романа Макграта. Я всегда говорила, лучше всего девушка смотрится на борту парохода или хотя бы яхты.

Так вот, зовут английского джентльмена мистер Джеральд Лэмсон, и это имя знают все, кто читал его романы. Он мне прислал несколько своих книг тоже, и они, похоже, все об английских джентльменах средних лет, которые живут в сельской местности где-то неподалеку от Лондона и ездят только на велосипедах, чего в Америке не встретишь, разве что на Палм-Бич. Я рассказала мистеру Лэмсону, что записываю все свои мысли, а он сказал, что как меня увидел, сразу понял – я не такая, как все. Когда мы с ним познакомимся поближе, я обязательно дам ему почитать свой дневник. Собственно говоря, я даже мистеру Эйсману про него рассказала, и он очень обрадовался. Потому что мистер Лэмсон – человек знаменитый, и мистер Эйсман, который постоянно ездит поездом, похоже, перечитал множество его романов, а еще мистер Эйсман обожает общаться со знаменитыми людьми и по субботам приглашает их ужинать в «Ритц». Я, конечно же, не стала говорить мистеру Эйсману, что увлеклась мистером Лэмсоном, хотя, похоже, так оно и есть. Мистер Эйсман считает, что мистер Лэмсон интересует меня как писатель.


30 марта

Мистер Эйсман наконец-таки на экспрессе «Двадцатый век» [1] отбыл в Чикаго, а я, должна признаться, очень утомилась и совсем не прочь немного отдохнуть. Я хочу сказать, что могу развлекаться допоздна, например танцевать, но мистер Эйсман не такой уж хороший танцор, поэтому мы чаще всего просто сидим, пьем шампанское и