Анна Савански

Английский сад.

Книга третья. Триумф и Трагедия. 1955 – 1981.


«Одни гонятся за цветами славы, которые Фортуна держит у них перед носом, другие – за цветами барышей, третьи за цветами любви. А в конце пути они убеждаются, что гнались за малостью, позади же оставили кое-что поважней – здоровье, труд, покой и домашний уют»

Ш. де Костер «Легенда об Уленшпигеле»


О нежная любовь, ты полуангел, полуптица,

Безумное желанье и чудо из чудес.

Роберт Браунинг «Кольцо и книга»


Глава первая.

Английская роза.

Май 1955.

Небо над Аллен-Холлом сегодня с утра оставалось прозрачным и чистым, не смотря на то, что после обеда начали сгущаться тучи над весенним лесом. Прошел всего три года с момента его покупки Виктором, но уже многое изменилось, хотя работы было еще столько, что казалось, хватит ее на десятилетия, он вкладывал в этот дом всего себя, и Диана смогла наконец-то обрести покой. Виктор с Дианой после свадьбы Роберта переехал сюда, а Гарден-Дейлиас, как и договаривались, заняли Роберт и Флер. Джордж и Джулия остались в своей огромной квартире на Бонд-Стрит, а Элеонора, собиравшаяся скоро получить диплом по психологии, и вскоре работать не просто секретаршей и помощницей, осталась жить в Лондоне, снимая вместе со своей подругой квартиру на Левер-стрит в Финсбэри.

Сегодня они собрались здесь, чтобы крестить новую наследную принцессу этой семьи. Виктор и Диана сошлись на том, что лучше будет провести таинство крещения не там, где они крестили своих детей и других внуков в церкви святого Августа в Кенсингтоне, а в Аллен-Холле, где венчались родители Бетти. Теперь здесь была их земля, их жизнь, их дыханье, их судьба. Виктор нашел для себя и своих потомком фамильное гнездо, где они все будут собираться, и будут счастливо проводить время вместе, а потом уезжать в свои дома, наслаждаясь своим маленьким раем.

   Виктор спустился вниз, в холле были строительные леса, ему нравилось контролировать весь процесс ремонта. Слои штукатурки снимались постепенно, и открывалась первоначальная красота этого замка. Открывались взору дамы, ангелы и пейзажи, любимые георгины его жены. Виктор оглядел холл, и улыбнулся. Он любил Аллен-Холл, больше всего ему нравился из всех его домов, где он жил, он соответствовал его внутреннему миру, его высокому классу и состоянию. А когда-то тридцать три года назад он мог просто любоваться этим величественным строением, изучать любовь выраженную в камне. После свадьбы Роберта, Диана настояла, чтобы они начали ремонтировать замок, возвращать его былое величие, чтобы поместье восхищало гостей еще больше, чем прежде.

С того дня, этой зимой, как Виктор дал больше свободы Роберту и его другу Арману в своей компании, он понял, что его место теперь здесь, нужно дать возможность детям жить своей жизнью. Виктору недавно исполнилось пятьдесят девять, в нем уже не было того пыла, что жил в нем в молодости, когда он совсем зеленый начал свое дело. Для него по-прежнему было важно, чтобы его дело процветало, люди, которые работали на него жили в достатке, а профсоюзы бы не бунтовали, жалуясь, что он наживается на них. Виктор посмотрел на свою жену, она, как всегда очаровательна и чарующи привлекательна. Ее маленькая хрупкая фигурка в белом шелковом платье в модном покрое нью-лук привлекло его взор. Диана говорила с маленькой молоденькой светловолосой служанкой, отдавая какие-то поручения, пока не приехали гости. Он услышал, что она говорила об предстоящем обеде. Виктор подошел к ней, когда девушка пошла исполнять поручения, обнимая Диану сзади за талию.

- Ты сегодня пленительна, - прошептал он ей на ухо, она засмеялась, и ее болотные глаза засияли как-то странно. Виктор обнял ее, вытаскивая из-за уха пряди каштановых волос, которые искрились на солнце, будто оно играло, забавляясь игрой света с этим темным  гладким шелком.

- Не порть мне прическу, - она вышла из круга его рук, - Кто-то приехал, - произнесла она, спеша сама открыть дверь, но вместо этого вышла на улицу. По мощеной дороге шли Джордж и Джулия. Диана обняла невестку, ожидая появления внуков, которые выглядывали из-за Джулии. Дженнифер и Гарри подбежали к ней и Виктору, позади них бежала М-Джейн, ее темно-рыжие короткие волосенки трепал ветерок.

- Привет ба и де, - ответили они хором. Восьмилетняя Джен и пятилетний Гарри – неразлучные друзья. Она любитель книжек и неутомимый мечтатель, он – надежда их рода, продолжатель династии, хотя Джордж не хотел, чтобы его сын шел проторенной дорогой, а Виктор же мечтал, что он закончит медицинский факультет и они с Робертом продолжат его дело. Они все вместе снова вошли в дом.

- А Роберт с Флер еще не приехали? – спросила Джулия, она взяла с собой фотокамеру, чтобы все снять.

- Нет, - покачал головой Виктор. Джулия прижалась щекой к Джорджу. Сегодня эта страстная брюнетка, искушающая любого, была сама чистота и простота: в нежно-голубом юбочном костюме, и с очень простой прической.

- Жаль. А Том с Еленой? – продолжала свой расспрос она, - А где Элеонора, где ее черти носят?

- Джулия! – осадила ее Диана, - мы же… - ее прервало цоканье каблучков.

- Мам, я пришла, - в холл, как вихорь влетела Элеонора. Ее огненно-рыжие волосы клубом лежали на ее тоненьких плечах. Она расправила юбку-солнце, помятую в такси, и застегнула верхнюю пуговичку блузки, зная, как Диана к этому относиться, быстро спрятала сигареты, не замечая, что в холле она не одна, - О, всем привет.

- Нэлл, Нэлл, ты прямо живешь в ногу со временем, и заплети волосы, - произнес Джордж, шлепая ее по плечу.

- Вот те, братик, а ты сам-то не живешь? -Ей хотелось как в детстве показать ему язык, и ущипнуть за бок, чтобы он не задирал ее. Она не стала говорить, что ехала в такси и целовалась с мужчиной, а до этого у них было свидание, не стала говорить, что видела накануне Джорджа с какой-то девицей, чтобы не расстраивать Джулию, и не делать лишних выводов. Перед блеклым зеркалом, она припудрила носик, - А где остальных черти носят?

- Элеонора, и ты туда же, - дочь Дианы улыбнулась матери в зеркало.

Через четверть часа прибыли Том Саттон и Елена, а вместе с ними Вера. Она постарела за эти годы, они отобрали у нее всю ее былую красоту, одиночество не кому еще не шло на пользу. Елену выбрали крестной матерью новорожденной девочки, эту русскую любили все без исключения. Она, как Мадонна с ребенком на руках, подумала Диана, когда Елена расцеловала Джулию, в знак приветствия. Их с Томом дочери Анне исполнился в январе годик, и уже малышка что-то щебетала и бегала, как трусливый крольчонок.

Потом подъехала Энди с Шоном, с ночной смены в больницы. Она выглядела устало, но очень довольной. Аврора превратилась в чудесную белокурую девушку, ей исполнилось шестнадцать лет, и она готовилась продолжать династию Артура, хоть и не являлась его внучкой. Два сына Энди, копии Шона, подбежали к Дженни, но она гордо вскинула голову, давая понять, что в их играх она не участвует. Артур засмеялся, радуясь внукам, а Урсула поспешила к сестре, говорящую с Джейсоном. Он все также был один, как и Вера, он так и смог забыть Кат, считая, что, если позволит себе те же чувства, то предаст Каталину, отдавшую свою жизни за его и торжество свободы на испанской земле.

Вильям уже не был тем сильным политиком, да и он сам понимал, что пора оставить свои дела и заниматься домом и внуками. Единственный сын делал стремительную карьеру в партии консерваторов, женитьба на Дафне не только была прихотью Джастина, но и благом для него, она будто бы стала его ангелом, его талисманом. Девятилетняя Вивьен почти не вспоминала о Зое, называя Дафну матерью, не чая души в брате Роэне и младшей сестре Кире Хизер.  Время брало свое они уже не так все были молоды, их времена, когда они строили свой мир прошли, теперь их дети главные герои в нашей истории, их дети жители того мира, что создали их родители.

Роберт пригласил своего друга Армана МакОллу с его милой женой Себиллой, и двумя сыновьями: пятилетним Дэвидом и одиннадцатилетним Майклом. Дружба Роберта и Армана крепчала, они все больше проводили свободное время, не встречая препятствия у своих жен, которые почти не общались, что-то настораживало Флер в Себилле, да и сам Арман немного пугал ее, поэтому Флер решила, что пусть муж встречается с другом вне дома, так ей будет спокойней на душе, и страх не будет, как щупальца осьминога, опутывать ее.

Теперь ждали главных виновников сего торжества. Роберт и Флер появились, когда все были в церкви. Флер несла люльку с ребенком, для Виктора она всегда была идеалом чистоты и непорочности, чтобы она не делала, и как она бы не поступала, но все же потом он усомниться в ней. Всегда элегантно одетая, всегда безукоризненная, Флер с ее художественной душой, выглядела, как ангел. В эти года она любила Роберта, но еще помнила Ришара, своего любовника-художника, и эта память, это чувство наваждения приходило к Флер в редкие минуту, особенно ночью во сне, он ей снился, и она просыпалась дрожа от боязни, быть раскрытой. Как назвала это позже Элеонора комплекс Скарлетт О’Хара, когда живешь только одними иллюзиями и надеждами, но сейчас она была безмерно счастлива рядом с этим «ласковы зверем», как она прозвала Роберта.

Крещение прошло тихо и спокойно в полуразрушенной церкви, где тоже были строительные леса, потом на лоне природы, среди шумящих кленов, они тихо праздновали.

- За Бетти Франческу Хомс!

- Надеюсь, потом у нас будет сын, - улыбаясь, ответил Роберт, обращаясь к Флер, - правда, дорогая?

- Конечно, милый, - они поцеловались.

Небо над Аллен-Холлом было чистое, как слеза младенца. Маленькая Бетти тихо спала в колыбельке, еще никто не знал, что ей уготована удивительная судьба, еще ярче, еще сложнее, чем у родоначальника их английского рода, их семьи. Ее жизнь будет похожа, как назвал Черчилль послевоенную Англию, временем эпохи Триумфа и Трагедии.


?

Откинувшись на пуховые подушки, и откинув в строну скучную книгу, хотелось просто закрыть глаза и немного поспать. Но посмотрев на часы Джулия поняла, что это просто не возможно. Нужно было ехать в галерею, заниматься делами. После того, как Флер родила Бетти, то им с Еленой пришлось вынырнуть из моря спокойствия, и снять груз ответственности с младшей сестры. Хлопнула входная дверь, наверное, пришла Дженни из школы, подумала Джулия, снова откинувшись на подушки. Элла играла в гостиной с М-Джейн и Гарри, успевая при этом готовить обед. С появлением Мери-Джейн Джулия поняла, что просто ничего не успевает, ни вести дела, ни смотреть за домом и детьми. Она запустила Джорджа, и со страхом стала думать, а что если, у него появиться любовница, она же просто не переживет этого. Или переживет? Чтобы избежать этого, она наняла Эллу. У ее уже не молодой помощницы, выросли свои дети, муж ушел на пенсию, а работа у Джулии стала заработком и радостью. Элле уже было пятьдесят пять, и могла бы с успехом заменить Джулии мать, да и похожа она была на нее чем-то, только высокая и полная, с сединой в темных волосах, собранных тяжелым пучком на затылке.

Джулия встала с кровати, подходя к туалетному столику, она слегка подкрасилась, уложила волосы, надела черное маленькое платье, с открытыми руками. Сегодня она должна выглядеть строго, чтобы один именитый фотограф согласился на ее условия. Джулия зашла в комнату Дженнифер, целуя ее в макушку, девочка приветливо улыбнулась, знакомой до боли Джулии улыбкой. Она с каждым днем все больше становилась похожей на нее, а значит на Каталину, даже порой больше, чем она сама.

- Вы уходите, мисс Джулия? – спросила Элла, заметив, как ее хозяйка надевает бежевый жакет и черные туфли.

- Да, Элла, я ухожу, когда придет мистер Джордж, можешь идти домой, приходи завтра, как сегодня позже, у меня дела только к обеду начнутся, - Джулия схватила  свой белый зонтик.

Домой Джулия вернулась около полуночи, Джордж не спал, дожидаясь ее. Он помог ей раздеться, включил для нее воду, добавляя в ванну ее любимые ароматические масла. Джулия зачарованно смотрела на него, не понимая откуда в нем столько нежности и обходительности. Она погрузилась в горячую воду, наслаждаясь ароматом апельсина и гардении. Они с Еленой все-таки добились в итоге своего, да и еще они получат прекрасный доход с новой выставки, о чем они просто не могли даже мечтать. Джулия закрыла глаза, чувствуя, как Джордж сел на край ванны, его сухие пальцы прикоснулись к ее мокрым щекам, откидывая пряди волос прилипшие к овалу лица. Джулия, как обычно, решила продолжать эту игру, она сделала вид, что ничего не замечает, и просто принимает горячую ванну. Джордж ушел, и вернулся, когда она встала из ванны. Он завернул ее в махровое большое полотенце, относя в постель. О, да, подумала Джулия, когда он стал растирать ее обмякшие тело, тем самым будя в ней ненасытное желание. Она потянулась к нему, проводя руками по его бокам, забываясь в этих мгновениях страсти и любви.

Все утро Джордж смотрел на рядом спящую жену, она лежала на животе, ее темные длинные волосы разметались по подушке и ее смуглым плечам. Вместе они уже были десять лет, хотя нет, вместе они были уже всю жизнь. Все это время она принадлежала лишь ему, все эти годы он стремился к ней хоть и не знал этого. Она проснулась от сладковатого запаха розового варенья и свежего хлеба. Джулия села в постели, понимая, что Джордж должен уже быть на работе. Он появился с подносом в руках, а рядом с ней лежал огромный букет оранжевых роз, почему она сразу его не заметила. Джордж улыбнулся ей, ставя рядом с ней поднос.

- Элла еще не пришла? – спросила она.

- Нет, она придет позже, я отменил все твои дела, - Джулия открыла рот от его наглости. Вот, черт, и как  она могла забыть, теперь-то все понятно, ведь сегодня исполнилось они вместе десять лет. О, какой он романтик, - я люблю тебя, возьми это, - в красивой коробочке лежала подвеска в форме цветка с фиолетовыми аметистами.

- Как красиво, - она поцеловала его в щеку, достала из своей тумбочки его подарок. Это были запонки, где на белой эмали нарисовали его инициалы.

- Джули, ты как всегда изобретательна, - она тихо рассмеялась.

- Что мы будем делать? – он посмотрел на ее губы, от чего она сразу же задрожала.

- Для начала займемся любовью, а потом пойдем в парк, потом я поведу тебя в оперу, а позже мы снова займемся любовью.

- Я люблю тебя, - почти крича, сказала Джулия, увлекая его с собой в постель.

- Я бы пропал без тебя, спасибо, что всегда веришь меня, - его тело стало отвечать на ее призывы.

- Нет, спасибо, что ты поверил в меня…     


?

Лето 1955.

Элеонора вышла из консультации доктора Кросса, собираясь поймать такси. Сгущались тучи, и воздух пах дождем. Она отругала себя за то, что не взяла зонт, и тот, что надела светлый костюм и открытые босоножки. Значит сегодня не судьба пойти на свидание, подумала она, да и парень ей не совсем нравился, наверное, это к лучшему. В отношениях с мужчинами к своему двадцати одному году Нэлли была вольна, но никогда не переступала черту дозволенного. Ей нравился этот чувственный мир, что открывали ей поцелуи и объятья, но получать большего от мужчин она не хотела, да и это было не к чему. После той полупьяной студенческой вечеринки она не намер