Анна Шульгина
Золушка нового тысячелетия

   Ночью над городом шумела майская гроза. Дождь отмыл не только улицы и дома, даже воздух стал хрустально-прозрачным и звонким. Солнечные лучи ласково скользили по мокрым листьям, рассыпаясь сотней искорок.

   Лина уже проснулась, но лежала, закрыв глаза, пытаясь удержать сладкую утреннюю дрему, и ждала звонка будильника. Легкая улыбка приподняла уголки губ. Сегодня ей исполняется 21 год.

   Мобильник, лежащий на тумбочке, задергался в конвульсиях и заорал голосом солиста Linkin Park. Девушка вздрогнула от неожиданности. Это могла быть только Ева. У кого ещё хватит ума позвонить в половине седьмого?! Не открывая глаз, Линка нащупала трубку.

   - Чего тебе, старче?

   - Поздравляю с днюхой!!! - бодро проорала сестра. - Теперь ты имеешь право пить даже в Штатах!

   Лина все-таки открыла один глаз.

   - А я туда в ближайшее время собираюсь, что ли?

   - Пофигу, зато официально можно. Сегодня вечером отмечаем дома, а завтра всем табором будем праздновать в "Серебре", поэтому изволь выглядеть как именинница, а не как пацанка, - в трубке что-то прогрохотало и явно разбилось. Евин голос недобро помянул кого-то по матери и пообещал кастрировать.

   Второй глаз у Лины распахнулся сам собой.

   - Ты кого членовредить собралась?!

   - Да Степан, зараза, заварочный чайник разбил! Теперь придется полы мыть с утра пораньше. Блин, точно кастрирую!!!

   Линкин мозг, ещё не проснувшийся окончательно, но среагировавший на мужское имя, тут же выдал ТАКИЕ картины, что девушке физически поплохело. Но тут очнулась память и дала пинка дремлющему сознанию. Степан, Степка, Стенька Разин... Фуф, это ж сестрицын кот.

   Год назад, гуляя вдоль местного водохранилища, девушки увидели метрах в 3 от берега огрызок доски. На импровизированной лодке распластался котенок непонятно-грязного окраса, который орал так проникновенно, что Ева, не раздумывая, полезла в воду. Сестра вообще была натурой порывистой, но в экстренных ситуациях всегда сохраняла хладнокровие, а тут при виде страдающей животины явно растеряла остатки мозгов. На дворе было 14 апреля, и водичка особенно бодрила. Результатом заплыва (а точнее заброда - вода доходила только до середины бедра) стали:

   - спасенный котенок, одна штука;

   - потерянная кроссовка в том же количестве;

   - приобретенная ангина, от которой голос у девушки стал настолько хриплым, что её в течение недели по телефону воспринимали исключительно как мужика, причем многолетне курящего.

   Когда сестры прибежали домой к Еве (благо через дворы всего пара минут), мыть котенка и его спасительницу пришлось одновременно, потому что выглядели они одинаково жалко, а в чем-то так даже и просто хреново. Животное оказалось котом позитивной траурной расцветки с белой манишкой и носочками. Ева тут же нарекла его Степаном Разиным и решила оставить на ПМЖ.

   За год эта скотина отожралась и вконец обнаглела, но сестра трепетно его любила, хотя и гоняла тапками за многочисленные прегрешения. А вот кастрацией грозила впервые.

   Лина села на кровати.

   - Ты чего такая злая с утра? Приснился эротический кошмар с начальником в главной роли?

   - Свят, свят!!! Совсем сдурела говорить такое?! А ну как сбудется?! Я тогда сразу как проснусь, вешаться пойду. - Ева даже поперхнулась от воображаемой картины. И немного подумав, добавила. - Или шефа изнасилую.

   - А за это статья в УК есть, - ехидно подсказала Линка.

   - Ой, я тебя умоляю. Ты мне кодекс напоминать собралась?

   Ева трудилась на почве юриспруденции, специализируясь на семейном праве. И хотя её опыт работы составлял всего-то четыре года, да и от предполагаемого еврейского наследия у нее было только имя - считалась среди клиентов толковым специалистом. Противники по судебным тяжбам были более категоричны, прозвав "чумой египетской".

   - Ты будешь дальше моего шефа всуе поминать или, наконец, поинтересуешься подарком?

   - Интересуюсь.

   - А вот обломись, встретимся и вручу!

   Лина беззлобно назвала сестру злыдней и врединой, на что та сразу и безоговорочно согласилась.

   - У меня сегодня встреча с клиентами, должна закончиться часа в 2. Давай я тебя после пар заберу, и посидим в кафешке? - Ева уже вовсю шуршала бумагами.

   - Угу.

   - Ну, все, до встречи. Старшему поколению привет передавай. И ещё раз с днем рождения. Я тебя люблю, сестренка.

   - Я тебя тоже.

   Родители отловили заспанную дочу на подходе к ванной, зацеловали, затискали и, пообещав вечером устроить сюрприз, наконец, отпустили полузадушенное чадо. Завтракать совершенно не хотелось. Лина выпила кофе, поболтала с мамой и начала собираться в академию. Джинсы, майка и балетки. И пусть сестра хоть загрызет, но влезать в юбку не хотелось совершенно. В конце концов, сегодня ей можно прийти хоть в рванине, между прочим, имеет полное право.

   Зеркало отразило невысокую стройную девушку с русыми кудрявыми волосами до середины лопаток. Немного экзотичный удлиненный разрез светло-карих глаз (явно какой-то татарин в далеких предках отметился), вздернутый носик с россыпью веснушек, ямочки на щеках, маленький аккуратный рот... При виде девушки незнакомые люди восклицали что-то вроде "ой, какая лапочка!". Знакомые при этом старались отодвинуться подальше, зная, как Линка не любит, когда её так называют. Хорошие манеры ей старательно прививались с детства, но когда чужие тетки и дядьки тянутся потрепать за щечку и полохматить волосы... Терпение-то не железное.

   С "лапочностью" она безжалостно боролась лет с двенадцати: волосы регулярно отрезались едва ли не под корень и перекрашивались в черный цвет. В пятнадцать Лина проколола нос и страшно довольная ходила с пирсингом целых два дня. Потом с дачи вернулись родители... Под стоны истязаемой, причитания мамы и обещания отца взяться за ремень, сережка была вынута, а самой Линкой было дано клятвенное обещание больше ничего кардинального со своей внешностью не творить. Морально пострадав от своего несовершенства ещё полгода, девушка плюнула на все это и решила отдаться на откуп природе. Природа "щедро" откупилась грудью условного полуторного размера. Это если польстить. А если откровенно, то верхние 90 с титаническим трудом преодолели отметку 85 и замерли. Хотя Линка подозревала, что они уже умерли, отпеты и давно похоронены.


   Только пришедший в себе после празднования 9 мая город удивлял своей чистотой и какой-то бесшабашностью. Дети, идущие в школу, звонко переговаривались и смотрели на окружающих с радостью никак не вязавшейся с приближением годовых контрольных. Бабушки в маршрутках перестали обсуждать политику и взялись за более животрепещущую тему: будут ли ещё заморозки или уже пора сажать огурцы? Перед выходом из автобуса, очередная тетка с очередным баулом все-таки наступила девушке на ногу, но даже это не испортило той настроение.

   Студенты медицинской академии, где и грызла (периодически давясь) гранит науки Лина, выползли из застенков альма-матер, чтобы погреется на солнце и обсудить преподов нехорошими словами. Контрольные и семинары следовали один за другим, и конца этой скорбной веренице не предвиделось. Во всяком случае, ещё пару недель точно. Но затем - О, УЖАС! - начиналась сессия. Будущие медики начали нервничать еще месяц назад, некоторые уже диагностировали у себя и одногруппников первые признаки психических заболеваний.

   Стоматфакультет обитал в отдельном корпусе, который прочие студенты почему-то суеверно обходили стороной. Линкина группа сидела на скамейке перед парадным входом и счастливым выражением лиц тоже не радовала. Только близняшки Ирина и Марина, не обращая внимания на общую депрессивность атмосферы, листали очередной женский журнал. При появлении Лины сестры вскочили и с воплями кинулись её обнимать. Студенты оживились и окружили девушку, наперебой желая:

   - Поздравляем!!!

   - Чтоб тебе сессия была пухом...

   - Ага, а декан архангелом!

   - Только ты сначала пройди святого Петра, - мерзенько прогнусил староста. - Мазуровский сегодня спрашивал, когда ты придешь пропущенную практику отрабатывать.

   Линку так проняло от этих слов, что она застыла соляным столбиком.

   - Блин, у меня же верхняя челюсть не сдана! - взвизгнула она и понеслась на кафедру хирургии.

   Добрые люди вслед проорали:

   - Ты аккуратнее, а то сразу и нижнюю сдашь! В смысле, потеряешь!


   В холле было прохладно и сумрачно. Зябко передернув плечами, Лина достала из рюкзака белый халат и критически его осмотрела. Нда, спрашивается, зачем она его вчера отутюживала? Все равно через пять минут после окончания глажки он становится похожим на мятую тряпку. Лина попыталась собрать свои кудри в хвостик. Волосы не слушались, пушились и лезли в глаза. Поняв, что образцовой студентки из нее все равно не получится, девушка тяжко вздохнула и пошло на поиски своего личного кошмара. Как назло, Мазуровского нигде не было. Лина заглянула на кафедру, рысью обежала весь корпус, но вредный препод как сквозь землю провалился. Настроение стремительно портилось.

   Звонок на пару застал ее далеко от нужной аудитории, поэтому, когда девушка, сипя как астматик, ввалилась на лекцию, её хватило только на то, чтобы мотнуть головой в сторону парт и спросить:

   - Можно?..

   Преподавательница микробиологии Мария Ильинична, за дивный характер ещё лет 40 назад прозванная студентами Жучкой, как-то подозрительно ласково посмотрела в ответ и была столь же лаконична:

   - Нужно.

   Тишина в помещении давила на уши и нервы. Лина упала рядом с подругами и прошептала:

   - Чего тихо так?

   Маринка закатила глаза и жестами показала: "Заглохни". Но было поздно.

   - А сейчас студентка Сотникова расскажет нам о методах культивирования анаэробных организмов.

   Аудитория облегченно выдохнула, Лина же наоборот, подавилась воздухом и обреченно встала.

   Так дерьмово день рождения не начинался ещё ни разу.


   Пока Лина с трудом продиралась сквозь дебри науки, Ева пыталась составить договор о разделе имущества и тихо зверела. Разводящаяся пара Трофимовых давно забила на присутствующих адвокатов и вовсю припоминала друг другу грехи, скопившиеся за го